Визит глава 6

ГЛАВА 6

Два дня «Летучий голландец» бороздил воды Средиземного моря. На рассвете, пройдя Гибралтарский пролив, яхта вошла в Атлантический океан, держа свой путь на запад. Со скоростью двадцать узлов, судно оставляло за собой десятки и сотни километров водного пространства. В распоряжении пассажиров было множество развлечений, но кое-кто на этом судне, меньше всех думал о развлечениях,
На третий день плавания, Катерина поинтересовалась у подруги от чего ж её почти не видно на палубе. Улыбнувшись, Светлана ответила:
— Тренер совсем загонял. Приходится много работать. Ещё вспомнили о медитации, а это не пять минут. В общем, Амон со своим тренером решили основательно загрузить меня. Хорошо, что английский язык легко даётся иначе, вообще бы не выходила на палубу.
— Амон свирепствует не только с тобой, — посочувствовала Катерина. — Он почему-то зол на Юма, это проскальзывает в их отношениях. Но я думаю, это быстро пройдёт. Амон если найдёт на ком сорвать злость, очень быстро успокоится.
— Не скажу, что ты меня утешила, — невесело улыбнулась девушка. — Кажется, я догадываюсь, кто станет козлом отпущения.
— Не унывай, — обняла Светлану за талию Катерина. — Всё образуется. — Смотри, Валентин, зовёт нас. Посмотрим, что у них там.
Пройдя несколько метров, они услышали грозное рычание пса. Катерина и Светлана ускорили шаг, если уж собака подала голос, значит что-то серьёзное.
Кроме Дорна на носу судна были все. Спорили и разглядывали в бинокль, что-то впереди, по курсу корабля. Пёс, став передними лапами на перила устремив морду в океан, не переставая, рычал. Валентин подскочив к Катерине, подав бинокль, сообщил:
— Там двое, терпят бедствие на резиновой лодке.
Бросив взгляд в бинокль, Катерина воскликнула:
— Как они уместились на такой лодочке? Там и одному места мало! — и уже оценивающе: — Мужчины, больше тридцати им не дашь. Боже! Какой у них изможденный вид! Нужно взять их на борт.
— О том же и я говорю, — подхватил Валентин. — Попробуй, может ты их убедишь?
Катерина изумлённо посмотрела на Барона.
— Разве ты против?
— Драгоценная моя! — дребезжащим голосом воскликнул тот. — Тут у нас три версии как с ними поступить. Первая - подобрать. Вторая - пройти мимо. Третья - наехать на лодчонку и прекратить их страдания. Например, я за то, чтобы пройти мимо.
— И я тоже, — поддакнул Юм. — Вот если б были девушки, то я всеми лапами был бы «за», а так… зачем они нам? Амон, ты согласен?
— Нет, — покачал головой Амон. — Потопить их, и дело с концом. Похоже, Пёс этого же мнения, они ему не нравятся.
— Осталось выяснить мнение оставшихся, — заметил Барон и повернулся к стоящей поблизости девочке. Она молча вглядывалась в мелькавшую в волнах шлюпку. Последняя уже настолько приблизилась к судну, что можно было разглядеть потерпевших невооруженным глазом. Мужчины в шлюпке кричали, размахивали руками, крутили над головой светлую ткань. — Светлана, за что выскажешься ты?
— Я воздержусь, — пробормотала она, отводя взгляд от удивленной Катерины.
— Можно узнать - почему? — вежливо поинтересовался Барон.
— Им лучше остаться в своей лодке, нежели встречаться с вами. Я поддержу того, кто предложит снабдить пищей, и связью.
— Нет. Этого никто не предложит, — пронёсся над палубой низкий голос Дорна. Бросив взгляд на лодку, приказал: — Поднять на борт. Посмотрим, какой улов, принёс нам океан.
Амон скрылся в капитанской рубке. Вскоре моторы «Летучего голландца» стихли. Судно, пройдя по инерции ещё несколько десятков метров, почти вплотную приблизилось к резиновой лодке. Был спущен трап, и, оставив лодку на попечение волнам, потерпевшие поднялись на палубу. Первые же сказанные фразы поразили Катерину. Повернувшись к девушке, она прошептала:
— Французы! Что могло их так далеко забросить? — и переводя дальше: — Вот того, кто помоложе, зовут Жак, симпатичный, не правда, ли?
Светлана с интересом окинула Жака взглядом. Ему было не больше двадцати пяти лет, и по представлению Светланы он мало походил на француза. Со светлыми волосами и пронзительно голубыми глазами его можно было принять за норвежца, жителя более северной страны. Среднего роста, спортивного телосложения. Он был одет в одни шорты, и только золотая цепочка на шее дополняла его ансамбль. Второй, мускулистый поджарый мужчина выглядел старше, лет на тридцать. Впечатляющие рельефные мышцы на теле говорили о его постоянных физических нагрузках. Вероятно, он был спортсменом. Тёмные, немного вьющиеся волосы, правильные черты лица, выше среднего роста он был по-своему красив, но что-то жёсткое промелькивало в его карих глазах. Похоже, этот человек шутил редко. Одет, как и первый в шорты, но серьгой в левой мочке. Он вызвал немало любопытных взглядов Катерины.
Валентин, с неприязнью окинув взглядом мужчин, отвернулся. Возможно, в душе он теперь поддерживал предложение Амона.
Второго мужчину звали Франсуа, и как перевела Катерина, он вместе с другом покинул яхту, в результате вспыхнувшего в моторном отделении пожара. Они были вынуждены спасаться в резиновой лодке, не успев послать сигнал бедствия, прихватив с собой мизерные запасы продовольствия. Как сообщил Франсуа, сутки назад у них кончилась вода, немногим раньше еда. Не имея сигнальных ракет, они положились на волю случая. В надежде, что Бог не даст им погибнуть и направит лодку к какому-нибудь проходящему в океане пассажирскому лайнеру. На последние слова Франсуа, Катерина переводя, не смогла сдержать улыбки:
— Он сказал, что сам Бог помог им, направив нашу яхту, — обращаясь к Светлане. — Очень надеюсь, что это мнение у них сохраниться до самого расставания.
Несмотря на то, что пришлось пережить, Жак и Франсуа держались молодцом. Элегантно поцеловали руки дамам, и это выглядело очень по светски. Юм, оставив показ своих возможностей на будущее, притворился обыкновенным котом, и как свойственно большинству кошачьим, проигнорировал вновь прибывших. Зато приветствие пса было сверх ожидания, и только молниеносная реакция Амона спасла французов от болезненных укусов его любимца.

— Какие у вас планы? — поинтересовался Дорн, убедившись, что его гости сыты и довольны. — Не считаете ли нужным сообщить, кому-нибудь о вашем спасении?
Франсуа, в свою очередь поинтересовался:
— Куда вы направляетесь? Признаться такой шикарной яхты, мне видеть не приходилось. И с пассажирами тут не густо, что совсем необычно для такого огромного судна. Кстати, никуда сообщать о нашем спасении не нужно.
— Да? — удивлённо поднял брови Дорн. — Впрочем, воля ваша. А направление держим в Америку, и сворачивать с пути не собираемся.
— Но мы тоже плывем в Америку! — воскликнул Жак, игнорируя предупреждающий взгляд Франсуа. — Мы поспорили, что на небольшой яхте пересечем Атлантику, но как видите, потерпели фиаско.
— Мы хорошо заплатим, если доставите нас в Америку, — на секунду замявшись, уточнил: — Нелегально. Кстати, какое имя носит этот прекрасный корабль?
— «Летучий голландец», — немедленно ответил Барон.
Удивление отразилась на лицах гостей, слава «Летучего голландца», этого легендарного корабля было известна всему миру.
Франсуа заметил:
— Несмотря на название, именно это судно спасло нас. Должно быть, врут легенды, говоря, что встреча с кораблём – призраком, несёт несчастье. Здесь как раз наоборот, оно спасло нас. Вместо скелетов, такие очаровательные люди, — при последних словах Франсуа бросил взгляд на Катерину и Светлану. — Не доставите ли вы нас на континент? Разумеется, все расходы будут оплачены.
— Зачем мелочиться! — махнул рукой Дорн. — Будьте гостями, нашему кораблю их так не хватает. Слуги укажут каюты, в этом здесь недостатка нет. Должен предупредить: Америки мы достигнем не раньше десяти дней, в своём путешествии мы не торопимся.
— Замечательно! — воскликнул Жак. Скосив глаза на Катерину, добавил: — Мы тоже не торопимся, — немного замявшись, сказал: — Мадам, приносим извинения за свой внешний вид. Но кроме того что на нас, другой одежды не имеем.
— Глупости! — звонко рассмеялась Катерина. — Мы тоже едва прикрыты. Мы же не на приёме!
— Я заметил, — согласился с Катериной, Жак, окидывая её фигуру оценивающим взглядом.
Рядом с Катериной сидела Светлана в коротких шортах и топике. Оценивавший взгляд скользнул и по ней, задерживаясь на мгновение на стилете в ножнах. Лёгкое удивление отразилось в глазах, но приняв за чудачества юности, понимающе улыбнулся. В свои двадцать пять лет ему не были чужды порывы души, ищущей что-нибудь необыкновенное, нестандартное, волнующее. Он ещё раз внимательно вгляделся в сидящих вокруг людей, путешествующих на этой огромной и шикарной яхте.
Для себя он уже решил, что Дорн малоизвестный миллионер и «Летучий голландец» принадлежат ему. Этот длинный, какой-то нескладный, с жиденькими усиками и с зеркальными очками, примерно одного возраста с Франсуа (что не скажешь о Дорне, ему явно было за сорок) по-видимому, был секретарём хозяина судна. Среднего роста, широкими плечами, атлетической фигурой и движениями хищника, рыжий, явно был телохранителем. Тем более что за поясом у него виднелся пистолет, а на ремне висели ножны с кинжалом. Похоже, он был одного возраста с секретарём. Жак бросил взгляд на светловолосую девушку, «ещё ребёнок», — отметил он про себя. Она совсем не похожа на хозяина, хотя… иной мысли, что дочь миллионера, ему не ум не приходило. Конечно, она вполне могла быть подругой. Но Жак был абсолютно уверен, что это не так. По виду ей было лет пятнадцать. А насчет Катерины и Валентина у Жака никаких сомнений не было. Явно супружеская пара, вероятно друзья Дорна, проводят свой «медовый месяц», путешествуя по океану. «Что ж», — подумал Жак, чувствуя, что эта женщина его взволновала, — «Может медовый месяц будет не только для супруга. Её сердечко с состраданием отнесётся к несчастным путешественникам. Иначе, почему её взгляд полыхнул так жарко, когда мы встретились глазами? Эта женщина знает толк в любви, и я даже хочу, чтобы путешествие затянулось по возможности на более долгий срок». Тут Жак заметил, что Дорн что-то говорит. Сосредоточившись, он дослушал до конца.
— …Сейчас отдохнёте. В каютах найдете всё, что вам необходимо. Позже мы встретимся.
На звук удара в ладоши, мгновенно появились слуги и проводили гостей по предоставленным в их распоряжении каютам. Свита Дорна не спешила покидать каюту. Юм, наконец, обрёл дар речи и теперь отыгрывался за долгое молчание. Его вежливо попросили заткнуться, и беседа, не прерываемая криками, мирно продолжилась. Разумеется, разговор шёл о новых пассажирах и о том, что с ними делать. Дорн мягко отклонил предложения Барона.
— Подождем. Посмотрим, как будут вести себя французы, — сказал Дорн, — они всё-таки гости.
Светлана, молча слушавшая диалог, заметила, что Амон жестом приказывает ей уйти. Вспомнив о своих тренировках, девочка извинившись, покинула компанию, сожалея, что когда-то дала слово и теперь ей нужно выполнять его. Тренер ждал её, и неизвестно какие ещё «сюрпризы» он припас, следуя указаниям Амона.
Пролетел день.
Наступил вечер.
Отдохнувшие французы пришли в кают-компанию, засвидетельствовать свое почтение хозяину. Там их ждал стол, накрытый не менее роскошно, чем тот, за которым они сидели в прошлый раз.
Потихоньку покинув шумную компанию, девушка прошла на нос судна, где проводила уходящее за горизонт солнце.
Сумерки окутали землю, но звёзды не спешили проявиться на небе, только самые яркие показали, что ночь уже пришла.
Было тихо и спокойно.
Внезапно почувствовав чьё-то присутствие, Светлана обернулась. Покинув каюту, к ней приближался Франсуа, следуя пожеланию хозяина, он обратился к ней на английском:
— Не помешаю?
Светлана покачала головой. Франсуа, окинув взглядом океан, проговорил:
— Потрясающее красиво. Он очаровывает своим великолепием.
Соглашаясь с ним, девушка кивнув, попросила:
— Пожалуйста, помедленнее говорите.
— Так это тебе нужна практика, — догадался Франсуа, вспомнив слова Дорна. И с иронией добавил: — Только в английском, больше ни в чём?
— То есть? — не поняла его девушка.
Франсуа махнул рукой.
— Ничего. Ты ещё ребенок. Дорн твой отец?
— Нет. Почему вы так решили? — удивилась она.
— Но кем же ещё ты ему можешь приходиться? — в свою очередь удивился француз, оценивающее бросив взгляд. — Впрочем, я наверно догадываюсь, — но прервал себя, увидев, что Светлана отрицательно качает головой.
— Вы не сможете догадаться.
— Подскажи, — предложил Франсуа, невольно любуясь её лицом, и хотя ночь надвигалась быстро, в сумерках ещё можно было хорошо разглядеть.
Девушка печально улыбнулась.
— Подобно вам я оказалась не в том месте и не в то время. И теперь я здесь, как и вы тоже, — неопределённо ответила она.
Франсуа промолчал. Несколько минут он обдумывал её слова, решив, что она чудит, переменил тему.
— Днём я заметил, а сейчас вполне оценил кухню корабля. Какие замечательные вина на его борту. Еда самая изысканная, вероятно Дорн очень богатый человек.
И опять загадочная улыбка промелькнула на лице девушки. Наступившая ночь позволила уловить только её тень.
— Он самый богатый на Земле, — серьёзно сказала она. — И всё в его власти.
Последние слова Франсуа не принял всерьёз, решив, что это ошибка в произношении. Но тут новая неожиданность привлекла его внимание. Как только непроглядный мрак окутал океан, на руке девушки что-то засветилось холодным, белым светом. Удивлённо посмотрев, Франсуа подумал, что это фосфорицирующие часы, но тут же засомневался, фосфор так ярко не светит. Да были ли они на руке? Вспомнив браслет, успокоился, наверное, какие-нибудь хитроумные часы. От миллионеров всего можно ожидать. Вот только почему они в форме черепа? Новые чудачества юности? Ещё его поразило отсутствие освещения на палубе, даже не было зелёных бортовых огней, что было вопиющим нарушением мореходства. По-видимому, хозяин судна не опасался столкновения со встречными судами. Корабль безмолвно, подобно призраку, скользил по волнам.
— Знаешь, — неожиданно даже для себя признался он. — Я даже рад, что попал на «Летучий голландец».
— А я – нет, — пробормотала девушка, подняв голову, посмотрела на звёзды.
Франсуа не обратив внимания на её слова, продолжил:
— Тут я встретился с тобой, и ты мне очень нравишься.
— О, не говорите так, — испуганно прошептала Светлана, внезапно вернувшаяся с небес на землю. — Никогда больше не говорите такое, — повторила она, словно умаляя не делать ошибок. При этом с какой-то нервозностью оглянулась назад.
— Тут твои родственники? — поинтересовался Франсуа.
— Нет.
— Тогда ты можешь покинуть яхту, — заключил он. — Я позабочусь о тебе, ты ни в чём не будешь нуждаться.
— Нет, — тихо выдохнула девушка.
— Я понимаю, тебе кажется диким, увиделись только второй раз, а я уже предлагаю идти со мной. Понимаешь, у меня такое чувство, будто я знал тебя всю жизнь.
— Нет, нет. Больше ни слова — испуганный шёпот перебил его. — Не хочу ничего слушать. И… не подходите ко мне.
Франсуа увидел, как девушка повернулась, чтобы уйти. Схватил её за руку, удерживая.
— Подожди. Не обижайся.
— Я совсем не обижаюсь, — прозвучал тихий голосок, её рука выскользнула. — Я боюсь, вы совершите ошибку, и она дорого обойдётся.
Девушка ушла.
Порядком удивлённый Франсуа остался стоять на носу судна, вспоминая недавний разговор. «Ты испугал её», — сказал он сам себе. — «Не нужно было так нажимать». Он вспоминал её испуганный голос и руку, на которой… не было часов! Он ощутил браслет, но светился не он, а нечто расположенное выше него и это была как татуировка. Но фосфорицирующих татуировок ему ещё видеть не приходилось.
Тем временем в кают-компании веселье шло полным ходом. Глазам вошедшей девушки предстала вальсирующая пара. Жак уверенно вёл Катерину по кругу, а она весело смеялась и что-то шептала, ему на ухо. Валентин напротив, угрюмо смотрел на танцующих. На кокетство улыбающейся Катерины. При этом на его грустном лице блуждала ироничная улыбка. Дорн восседал в кресле и подобно Валентину, неотрывно смотрел на вальсирующих, но в его взгляде было что-то выжидающее. В ногах Дорна лежал кот щуривший глаза от яркого света. Барон и Амон были как всегда в своем репертуаре: у стойки бара, закурив сигары, пропускали очередную рюмку коньяка.
Увидев вошедшую Светлану, Барон приглашающим жестом подозвал к бару. Подождав, когда она займёт высокий табурет, предложил ей сок.
— Или покрепче? — всё-таки не удержался он от вопроса.
— Нет, обойдусь соком.
— Воля ваша, — пожал плечами Барон и пропустил с Амоном ещё по одной рюмке.
— Хорошо вальсируют, — оценил Барон, с удовольствием поглядывая на пару. — Может и нам присоединиться, Светик, ты не против?
— А вы умеете? — с сомнением посмотрев на Барона, спросила Светлана.
— Обижаешь! — воскликнул тот, отложив сигару, в поклоне предложил Светлане руку. Невольно улыбнувшись такой церемонности, Светлана, оставив сок, последовала за ним в центр каюты. — Ну, вспомним чему нас бабушка учила, — неопределённо выразился он, положив руку на талию девочки, в вихре звуков закружил по каюте
Светлана не могла не признать, что вальсирует Барон если не божественно, то дьявольски здорово. В его руках она ощутила себя королевой бала, королевой танца. Не чувствуя пола под ногами, подчиняясь влекущей за собой жаркой ладони, лежащей на талии. А мелодия звала вдаль, и на секунду, она даже испугалась, сможет ли вырваться из смерча звуков, восхитительных, и сводящих с ума. Внезапно всё кончилось. Светлана очнулась в объятиях Изера, под звуки аплодисментов. Рукоплескали все. Катерина с Жаком прервали свой танец и взирая на них изумлённо и восторженно, особенно энергично отбивали в ладони.
— Нужно признать вы были великолепны, — сказал Дорн, когда стихли аплодисменты. Я с удовольствием смотрел на вальс в вашем исполнении.
Катерина, смеясь, подскочила к Светлане и чмокнула её в щёчку.
— Здорово, — прошептала она девушке.
Барон, все ещё не отнимая руки с талии, подвёл девушку к бару, где их ждал Амон, и недокуренная сигара. Взяв оставленный стакан, Светлана поймала одобряющий кивок Амона, оценивающего старания Барона и его партнерши.
За окном сверкнув зеленью, взметнулась ракета, за ней ещё одна, и ещё. Целый каскад разноцветных искр устремились к звёздам.
— Не беспокойтесь! — вскричал Барон. — Этот фейерверк в честь наших гостей. Пожалуйте на палубу и оцените красоту праздничного салюта!
Пассажиры, покинув кают-компанию, вышли на свежий воздух. Небо над судном полыхало огнём, подобно северному сиянию, развернувшему свое покрывало над поверхностью океана. Криками восторга, встречали пассажиры новые, следующие друг за другом выстрелы ракет.
Салют всё не прекращался. Восторженные крики стихли, и пассажиры молча любовались завораживающим зрелищем.
Рассматривая салют, Светлана почувствовала, как чья-то ладонь легла поверх её руки, прижимая к перилам. Удивлённо оглянулась.
Рядом стоял, устремив глаза к небу, Франсуа. Он перёвел глаза на девушку. Она невольно вздрогнула от его тяжёлого взгляда. Освободив руку, она тихо и незаметно для остальных ушла в свою каюту. Но на следующий день, Светлана почувствовала себя объектом преследования.
Завершив тренировки, девушка присоединилась к компании, расположившейся на носу судна. Франсуа тут же поинтересовался: где она пропадала все утро и часть дня.
— В спортзале, — коротко ответила она.
— Вот как! — воскликнул Франсуа. — Тут и спортзал есть! Какая удача! И чем если не секрет, ты там занималась?
— Да, так. Всяким премудростям, — уклонилась от ответа девушка.
— К примеру? — полюбопытствовал француз.
— Ножи кидать учусь,
— Я думал, ты кинжал для украшения носишь, — признался Франсуа. Должно быть, он как бритва. Можно посмотреть? — он потянулся к стилету.
— Нет! — отшатнулась от него Светлана.
Привлеченный диалогом, к ним подошёл Амон.
— Что случилось? — спросил Амон, бросая не суливший ничего хорошего, взгляд на Франсуа.
Тот развёл руками.
— Заинтересовался кинжалом. Хотел посмотреть, но почему-то испугал.
— Я знаю, ты знаток холодного оружия, — заметил Амон, — но ведёшь себя довольно неучтиво, — недобро усмехаясь, обратился к девочке: — Неужели ты думаешь, что знаток оружия не умеет с ним обращаться.
— Откуда ты знаешь? — удивился Франсуа. — Да, я хорошо владею холодным оружием. В этом я специалист.
Амон с иронией прищурил глаз.
— Вот как? И огнестрельным владеешь? — спросил он с иронией.
— Есть немного,
— Пойдем, покажешь, — предложил дьявол. Повернувшись к девочке, сказал: — Ты идёшь с нами. Тебе стоит посмотреть.
Покинув верхнюю палубу, они спустились вниз, и вошли в спортзал. Амон, вытащив свой кинжал из ножен, протянул его рукояткой вперед французу и с усмешкой кивнул на чучело человека стоявшего в шагах двадцати от них. Франсуа не спешил, внимательно осмотрел кинжал, покачал в руке, по-видимому, определяя баланс. Как будто пытаясь понять, как он «дышит».
Резкий взмах рукой, и сверкнув кинжал, вошел в голову чучела точно между глаз.
— Неплохо, — кивнул Амон, и уже более тёплые нотки зазвучали в его голосе. Многозначительно посмотрев на Светлану, спросил: — С пистолетом управишься?
Франсуа не спешил с ответом. Выдернув из чучела кинжал, вернул его хозяину, затем коротко уточнил:
— Каким, где?
Амон повёл его в следующую дверь, где был тир. На стенде висело множество самого разнообразного оружия.
— Ого. Я вижу, вас голыми руками не возьмёшь! Тут на целую армию! — приятно изумился Франсуа. Он прошёлся мимо стенда, окидывая оценивающим взглядом оружие.
— Это, — указал он на револьвер.
Получив разрешение Амона, снял оружие со стены, и ещё раз придирчиво осмотрел его. Но придраться было не к чему, оружие содержалось в идеальном порядке. Единственно, что очень удивило его: револьвер был заряжен и готов к применению.
Прогремело несколько выстрелов, совершенно оглушивших Светлану. Подъехавшая к стрелку мишень, показала сорок семь очков из пятидесяти возможных, Амон кивнул головой.
— Неплохо, если учесть, что оружие не твоё, и пришлось его осваивать на месте.
Франсуа выжидающе посмотрев на Амона, спросил:
— Разве ты не покажешь своё мастерство?
— Тебе так хочется увидеть? — поинтересовался хозяин оружия.
— Увидеть не помешало бы, — заметил Франсуа, и неприкрытая гордость прозвучала в его словах. Он явно гордился своим умением.
Выхватив пистолет из-за пояса, Амон не прицеливаясь, даже не глядя, расстрелял обойму по цели. Франсуа скривив губы, с иронией следил за его «лихачеством». Пока цель двигалась к ним, Амон перезарядил пистолет и снова заткнул его за пояс
Франсуа был поражён. Только одно отверстие было в мишени, с такой точностью был найден центр, что можно было сомневаться в реальности происходящего.
— Вы мастер своего дела, — сухо произнёс Франсуа, сверля тяжёлым взглядом Амона. — Мне не приходилось видеть такую стрельбу, — бросив недобрый взгляд, поклонился, процедив: — Моё почтение… — вышел из тира, покинул спортзал.
Амон повернулся к Светлане.
— Он мне понравился, — сознался он. — Ему тяжело признать, что есть кто-то, кто лучше владеет оружием. Мне будет жаль его убить.
— Зачем убивать?!
— Он копает себе могилу, навязывая тебе своё общество. Сознайся - он тебе неприятен.
— Особенной любовью я к нему не воспылала. Он слишком самоуверен, почему-то решил, что заинтересовал меня. И всё-таки это не повод убивать.
— Я сделаю, что прикажет Дорн. Вполне возможно, он их отпустит с миром.
— Такое возможно?
— Почему бы и нет? Но из Франсуа вышел бы хороший слуга, или раб, как тебе будет угодно считать. Он хорошо знает своё дело. Я тебе расскажу то, что они утаили в своем рассказе.
— Что же? — заинтересовалась девочка.
— Франсуа телохранитель Жака, этого избалованного сыночка главаря наркомафии. И спасались они не от пожара, а от разборки, которая возникла между группировками. Поэтому-то они и пытаются попасть в Америку. Нелегально. Там их ждет «папаша», а не выигравшие пари друзья. Хотя Жак настолько вбил себе это в голову, что почти уверен в правдивости придуманного рассказа.
— Ясно, — пробормотала Светлана, и уточнила: — Значит, вы не будете трогать Франсуа, пока не прикажет Дорн?
— Если он не будет зариться на мою собственность, то - нет.
Не уточняя, что Амон подразумевал под словами «собственность», Светлана повернувшись, покинула зал.
Прошло ещё несколько дней. Французы оказались очень общительными парнями. Они охотно участвовали в развлечениях, проявляя инициативу и в других мероприятиях, например, в опустошении неиссякаемого бара судна.
Но перед собой они поставили, и другие цели. Жак усиленно увивался возле Катерины (которая была совсем не против этого), вызывая ревнивые взгляды Валентина. Франсуа ловил любой момент, чтобы побыть со Светланой наедине, коснуться её руки или талии. Он уже разглядел необычную татуировку, по-видимому, этот оккультизм вызвал у него ещё больший интерес к девушке. В свою очередь Светлана не раз пожалела, что поблизости нет пса, уж он охладил бы пыл француза. Но собака согласно воле Дорна была заперта в каюте, пока гости не покинут корабль.
На девятый день путешествия над судном повисла невыносимая жара. Стоял полный штиль. Пассажиры спасались от зноя в бассейне или в помещениях с кондиционерами.
Ближе к вечеру погода стала меняться. Подул ветер, принося с собой прохладу, на горизонте проявились грозовые облака. Пассажиры наконец, вздохнувшие спокойно, когда спала жара, собрались на носу судна наслаждаясь ветром который ощутимо посвежел.
Барон, радостно потерев руки, сообщил, что до континента осталось семнадцать часов хода. Жак и Франсуа переглянулись между собой.
Тучи быстро сгущались.
Первая молния осветила горизонт.
Крепчал ветер, поднимая волну.
Яркие молнии, пронзая воздух, устремились вниз, исчезая безвозвратно в бездне вод.
Приближался шторм.
Пассажиры «Летучего голландца» ходили возбужденные, им ещё не приходилось встречать грозу в океане. Единственно, кто с иронией смотрел на буйства стихии, так это Дорн и его свита. Их спокойствие не разделяли Светлана и Катерина, они с волнением поглядывали в океан, вздрагивая от очередной вспышки молнии и грома, угрожающе звучавшего в небесах.
Франсуа и Жак храбрились, стараясь не показывать дамам своего волнения. Но, не смотря на усилия, было видно, что и им не по себе. Валентин, составивший компанию Барону и Амону, находился в лёгкой эйфории и до его затуманенного алкоголем сознания, слова «гроза» и «шторм» были лишь звуком.
Распрощавшись с Катериной, Светлана ушла в свою каюту в надежде утром увидеть чистое безоблачное небо. Но прежде чем скрыться за дверью, Светлана несколько минут провела у борта, испытывая странное наслаждение, взирая на содрогающийся от избытка энергии, окружающий судно, мир.
В полумраке каюты девушка, скинув с себя вещи и оставшись в одной длинной рубашке, нырнула под мягкую шкуру пантеры. Вспышки молнии нет-нет да заглядывали сквозь плотные портьеры, освещая на мгновение фантастическим светом каюту.
Закрыв глаза, девушка погрузилась в сновидения. Но внезапно в сон вторглось нечто, разбудив её. Кто-то, навалившись всем телом, прижал её к кровати и, усыпав поцелуями лицо, пытался залезть под шкуру.
Собрав все силы, девушка столкнула его с себя и, перекатившись на другой конец кровати, срывающимся от волнения голосом, спросила:
— Кто... Кто здесь?
Но ответа ей не потребовалось, очередная вспышка молнии осветила каюту и того, кто в ней находился.
С безумным блеском в глазах, по другую сторону кровати стоял Франсуа. В наступившей темноте, француз снова кинулся к ней. Внезапно, вспомнив что-то из тренировок, Светлана с силой кинула наглеца в угол комнаты. Загремело кресло, когда тело мужчины опустилось неподалеку от него. Белый свет снова залил комнату и вскочившего на ноги Франсуа. В это короткое мгновение девушка увидела блеснувшее лезвие зажатого в руке ножа.
— Может это, убедит быть более сговорчивой, — сказал Франсуа крадучись, приближаясь к девушке. — Иначе, — он осветившей молнией усмешке, провел ребром руки по своему горлу.
Гроза набирала силу. Молнии казалось, прошили всё небо, соединяя его с безбрежным океаном.
Девушка вскочила с кровати, озираясь по сторонам в надежде найти защиту. Вспышка молний, подобно фотографии запечатлела в каюте, тоненькую фигуру девушки и мужчины подкрадывающегося к ней с ножом в руке, и с безумием в глазах.
Девушка попыталась с ним заговорить.
— Франсуа, вы пьяны. Вы не знаете, во что ввязываетесь.
Но мужчина, молча, надвигался и нож не дрогнул в его руке. Отступая от него всё дальше и дальше, Светлана оказалась зажатой в углу. Уверенный в своей победе, француз бросился к ней. Но девушка, проскользнув под рукой и, преодолев кровать, остановилась в противоположном углу каюты. Он что-то прорычал, в ярости потрясая ножом. В мелькнувшем свете она с удивлением посмотрела на свою руку. Франсуа всё-таки успел полоснуть её оружием по предплечью, и кровь змеилась по локтю, опускаясь к кисти, окрашивая пальцы в красный цвет.
Мужчина снова метнулся к ней, на этот раз фортуна изменила, девушка поскользнувшись, рухнула на пол. Сверху не давая возможности подняться, на неё сразу навалился Франсуа. Приставив нож к горлу, усмехаясь, стал задирать рубашку, доходившую ей до бедер. Дрожь отвращения прокатилась по телу девушки, попытавшись извернуться, она почувствовала холод лезвия на горле.
— Не шевелись, — прошипел Франсуа, шаря руками по её телу.
Рубашка не хотела подниматься, придавленная тяжестью девушки. Тогда, зажав в зубах нож, мужчина попытался разорвать рубашку у горла. Послышался треск матери. Задыхаясь под тяжестью Франсуа, девушка крикнула:
— Амон! Амон ты мне нужен!
Франсуа услышав имя «Амон», жёстко улыбнулся.
— В такую грозу он тебя не услышит. Дверь на замке, — прошептал он, дрожа от вожделения, разглядывая тело в неверном свете мелькающих молний.
Буря усилилась.
Тучи стелились над водой.
Молнии одна за другой исчезали в океане. Совсем близко, как будто в судно ударила молния, послышался тысячекратно увеличенный звук рвущейся материи.
Но еще до звука, рядом прошедшая молния, даже сквозь занавешенные плотные портьеры, ослепила обитателей каюты. На мгновение Франсуа и Светлана перестали видеть.
Прозвучавший гром, заставивший задребезжать стекла, оглушил их. Обретя наконец, зрение Франсуа снова прижал нож к горлу жертвы. Другой рукой провёл по обнажённому телу девушки.
— Приятель, не кажется, что ты несколько превысил право гостя? — внезапно прозвучавший в комнате голос на французам языке, заставил Франсуа вздрогнуть от неожиданности. Он был уверен, что в каюте никого нет, а дверь заперта на замок.
«Неужели он всё время находился поблизости?» — такая мысль вихрем пронеслась в голове Франсуа. Не отнимая ножа, он повернул голову, чтобы посмотреть на неожиданного гостя и в столь неподходящий для него момент.
Далекая молния осветила рыжую голову Амона. Рука с ножом дрогнула, француз не ожидал, что появится именно тот, кого звала девушка.
Франсуа перевёл взгляд на лежащую под ним девушку. Встретился с её расширенными от ужаса глазами. Кровь показалась на лезвии приставленного к горлу. По-видимому, Светлана со страхом ждала, когда нож, подчиняясь силе, войдёт в горло. Франсуа, взяв себя в руки, немного отстранил оружие. Он совсем не хотел убивать. Но тут стоял Амон, он молча, наблюдал за французом, заставляя нервничать своей молчаливой неподвижностью. Франсуа помнил, как тот стреляет, и что оружие всегда находится при нём.
Амон пошевелился, словно услышав мысли Француза предложил:
— Она принадлежит мне. Если девочка тебе понравилась, можешь попробовать выиграть её у меня. Ты профессионал. Я тоже. Отчего же не выяснить кто из нас лучший. Выбор оружия за тобой.
Франсуа подумав немного, встал. Заткнул за пояс нож. Медленно, обдумывая сказанное, произнёс:
— Хорошо, предложение меня устраивает. Но сможешь ли ты драться на мечах? Именно их я выбираю, и есть ли они у тебя?
— Есть, — коротко ответил Амон.
Амон подошёл к лежащей на полу девушке, протянул ей руку, помогая встать.
— Когда будем драться?
— Сейчас, — Амон улыбнулся, и ласковые нотки зазвучали в его голосе. — Зачем откладывать? Этот шторм один из нас не переживёт. Сдаётся мне, им будешь ты.
— Какая самонадеянность! — фыркнул Франсуа и надменно заявил: — Я не знаю таких на Земле кто сравняется со мной во владении мечём!
— На Земле - возможно... Но тебе не повезло, я из других мест, — ответил через плечо Амон, осматривая тем временем рану на предплечье у девушки. Положил на неё руку. Лёгкое сияние, возникшее на ране, поглотила очередная вспышка молнии. Франсуа не заметил перемен на руке Светланы. Быстро проведя рукой по поцарапанному горлу, Амон моментально исцелил и его. И это действие осталось незамеченным. Засохшая кровь так и осталась на месте.
— Ну же, пойдём, — нетерпеливо сказал француз, не в силах отвести глаза от обнаженной девушки. Обращаясь к ней, добавил: — Можешь не одеваться, я скоро приду, вот только разделаюсь с твоим приятелем. Но он что-то не спешит. Может, испугался?
— Наслаждайся последними минутами жизни. Ибо от моей руки ты уйдёшь в небытие, а душу твою я оставлю себе. Ты согласился сражаться со мной, теперь так просто не отделаешься, — проворчал Амон, подводя девушку к кровати.
— Спи, — приказал он. Подчиняясь слову. Светлана тут же погрузилась в глубокий сон. Накинув на неё шкуру пантеры, Амон повернулся к Франсуа. — Пойдём.
— Слушай, приятель, как мне потом вывести её из-под гипноза? — забеспокоился француз. — Знаешь, мне нравится, когда женщина чувствует, что я делаю, а не спит при этом.
— Не беспокойся. Будить её придётся не тебе, — усмехнулся Амон и приглашающим жестом указал французу на дверь.
— Нет! Мне нужно проучить самоуверенного типа! — воскликнул Франсуа, толкая дверь.
Но она оказалась запертой.
— Ты забыл про ключ, — ласково напомнил Амон.
Сбитый с толку, Француз нащупал ключ в кармане, вставил его в замок, открыл дверь.
Мир за ней встретил шумом и ослепительным блеском.
Гроза разыгралась не на шутку.
Спустившись на нижнюю палубу, Амон и Франсуа вошли в уже знакомый спортзал. Там было достаточно места, для выяснения мастерства. Два меча висели на стене, Франсуа удивился, увидев их. В своё первое посещение зала, он их не заметил.
Амон вежливо указал на стену, оставляя за ним право выбора.
Франсуа невольно залюбовался оружием. Рукоятки сделанные из слоновой кости, с изумительной гравировкой. Клинок подобно зеркалу, отражал помещение, а лезвие настолько оточенное, что разрубало на лету волосок. Это было оружие, стоившее жизни мастеру, изготовившего его. Точнее, оружейник потратил всю свою жизнь на доведение этих мечей до совершенства.
Амон, заметив блеск восторга в глазах француза, сказал:
— Я ценю хорошее оружие, и никогда не предложу противнику пользоваться второсортным.
— Очень любезно с твоей стороны, — усмехнулся Франсуа, помахивая в воздухе мечом. — Ты будешь убит оружием, заслуживающим императора.
— Секунду, — остановил его Амон. — Небольшое условие. Ответь на пару вопросов.
— Все оттягиваешь момент и откладываешь сражение, — недовольно проворчал Франсуа. — Давай, задавай.
— Ты добровольно сражаешься со мной?
— Да! – нетерпеливо дёрнулся Франсуа.
— В случае моей победы, ты согласен принадлежать мне?
— Если тебе так нужен труп, пожалуйста, — пожал плечами француз. — Делай с ним что хочешь.
— Отвечай только «да» или «нет», — сверкнул глазами Амон.
— Да, да, чёрт тебя побери, — проворчал Франсуа. — Это всё?
— Нет. Последний вопрос: вместе телом, ты и душу свою отдаёшь мне?
— Что за ахинею ты несёшь? — подозрительно спросил Франсуа. Начавший было подозревать, уж не спятил ли со страху его противник,
— Только «да» или «нет», — прорычал Амон.
— Чёрт с тобой! Да! Бери что хочешь, только давай драться, я устал от твоей болтовни, — вскричал Франсуа, наступая на соперника.
— Это я и хотел узнать, — улыбнулся Амон и поднял меч навстречу французу. — Ты так легко даришь свою душу, неужели не веришь в дьявола?
— Опять вопросы! Защищайся! — воскликнул Франсуа, делая выпад.
Амон легко уклонился и с улыбкой попросил:
— И всё-таки ответь. Мне любопытно узнать. Поэтому я тебя, пока, не убиваю.
— Ха! Мефистофель, — делая ложный выпад, фыркнул француз. Замолчал, отражая удары, отступив в сторону, закончил свою мысль: — Это всё выдумки! Нет Мефистофеля! И убив меня, ты не получишь мою душу!
— Почему же? — поинтересовался Амон, парируя удар и шквалом своих выпадов, заставил француза попятиться.
Последний отскочив, торжествующе выкрикнул:
— Потому что её нет! — и снова ринулся в атаку.
— Вот как? Сейчас проверим. Как говориться: «доверяй, но проверяй», — пробормотал Амон и мелькнувший молнией меч отделил голову от туловища.
Франсуа замер, всё ещё сжимая в руке оружие.
Пальцы разжались, меч загремел по полу. Полоска, проходящая по шее, увеличилась. Показались первые струйки крови. Голова откинулась назад, открывая свободный путь крови, бьющей через порезанные артерии фонтаном вверх. Сердце ещё билось последние мгновения, выталкивая кровь к уже несуществующему мозгу. Тело рухнуло, заливая потоками крови, лежащую тут же рядом срубленную голову.
— Нет-нет, — проговорил, улыбаясь, Амон, — Так легко от меня не отделаешься. Твоя энергия теперь принадлежит мне!
Он присел возле трупа, наложил руку на солнечное сплетение. Голубой свет волнами поднялся из тела, всасываемый в ладонь дьявола. Словно притягиваемый магнитом, лёгкий свет отделившись от головы, исчез в руке Амона.
Оставив мумию в луже крови. Амон поднялся на ноги, повесил оба меча на стену, и не оглядываясь, покинул спортзал ставший моргом.
Наступившее утро найдёт зал в полном порядке. Подчинённые Амона уберут место сражения не оставив и следа, который напомнил бы о случившемся.
— Девочка вставай, пора.
Голос Амона вызволил Светлану из сна. Она пошевелилась. Не открывая глаз, потянулась, изогнувшись дугой. Резко выдохнув воздух, открыла глаза. Бросила взгляд в окно. Там по-прежнему было сумрачно.
— Гроза ещё не кончилась? — спросила она у Амона
— Мы в центре урагана. Он уже захватил часть Американской суши. Мы, сходим на берег через несколько минут. У тебя есть время одеться.
Девочка приблизила руку со следами крови к лицу. Подняла глаза на Амона.
— Я думала, мне это приснилось, — призналась она, на секунду замявшись, всё-таки спросила: — Что с Франсуа?
— Он больше не будет докучать.
Что-то огромное, чёрное подскочило к девочке, сверкая алыми глазами, потянулось к лицу.
— Вот и Пёс, как же без него? — усмехнулся Амон.
Светлана попыталось что-то сказать, но замерла, ощутив дрожь, пробежавшую по судну. Секундная передышка и снова вибрация пронеслась от бака до юта, сотрясая корабль.
— Что это? — испугалась Светлана, неосознанно вцепившись в кровать. — Мы тонем?
— Разумеется - нет. Усилился ветер. Сейчас, его скорость достигла километров сто восемьдесят в час, и всё время увеличивается. Не бойся, нашему судну опасности никакой нет. Вокруг, сейчас образовывается смерч и когда корабль подойдёт к берегу, смерч полностью сформируется.
Амон оказался прав. Выйдя на палубу, девочка увидела странную картину. Судно плыло по тихой воде, но в нескольких метрах от него царил истинный ад. Поднятая ветром вода, тянулась вверх, образуя кольцо вокруг корабля. Но над головой голубело чистое пятнышко неба.
— Око торнадо, — с каким-то удовольствием пояснил оказавшийся поблизости Барон. — Мы в самом его сердце. Там, — он указал на стену смерча, — хаос, в полном смысле слова. Скорость ветра убийственна.
Светлана оглянулась. На палубу вышли все пассажиры «Летучего голландца». Катерина и Валентин с восхищением взирали на буйную стихию. В глазах Жака застыл страх, он то и дело оглядывался вокруг, вероятно в надежде увидеть Франсуа. Амон удерживал за ошейник пса тянущегося зубами к Жаку. Барон и Дорн были совершенно спокойны и равнодушно взирали на царящий вокруг хаос.
Вместе с оком торнадо, яхта приблизилась к берегу. Подошла к пристани, точнее к тому, что раньше ею являлось.
Светлана с ужасом взирала на остатки цивилизации, только сейчас она поняла какой огромный, разрушающей силы потенциал, скрыт в смерче.
Стальные перила были скручены в невероятный узел. Казалось, великан прошел по земле, круша, ломая и разбивая всё на своём пути. Исковерканные катера подобно выброшенным на берег рыбам, лежали на бетоне. Тут же, рядом, автомобиль завалился боком к стене дома. Без стёкол и с лопнувшими шинами. Во многих домах отсутствовали не только стекла, но рамы, двери, крыша. Металлический лом завалил улицы, сплетаясь с вывороченными с корнем деревьями.
Пассажиры покинули судно и ступили на берег. Дорн шагал впереди, направляя смерч.
— Вот мы и прибыли, — сообщил он и взмахом руки, обрубил хобот, протянувшийся с небес на землю.
Не прекращаясь, гроза уходила прочь, вглубь континента. Завершив разрушения, торнадо покинул землю. Втянулся в тучи.
— Здорово же нам повезло! — восхищённо проговорил Жак. — Надо же было попасть в самое сердце торнадо! Рассказать кому - не поверят! И куда запропастился Франсуа?
— А он упал за борт, — подскочил к нему Барон.
— Как за борт? — захлопал изумлённо глазами Жак.
— Натурально, вниз головой, — усмехнулся Амон.
— Вероятно, ветром сдуло, — посочувствовал Барон.
Жак замолчал, обдумывая полученную информацию, наконец, ярость исказила его лицо.
— Вы из меня дурака не делайте! — вскричал он. — Франсуа не тот человек, чтобы его «сдувало ветром». Я сейчас в полицию обращусь. Там вас призовут к порядку. — Жак замолчал, и тут новая идея исказила злобным ликованием его лицо. — Нет, — прошептал он, торжествуя, — не в полицию, а иным властям, они действуют быстро и не оставляют улик.
— Пожалуйста, пожалуйста, — засуетился Барон. — Если конечно вы сможете убедить полицию, что пропавший Франсуа важнее последствий смерча. Вам же ещё нужно время, чтобы разыскать своих людей, — Барон усмехнулся. — Но договор свой мы выполнили, и в Америку доставили. Жму вашу руку, — с этими словами, он крепко стиснул правую руку Жака, легонько подтолкнув в спину, пожелал удачи.
Свита Дорна двинулась дальше по дороге, с интересом разглядывая открывающиеся взгляду все новые и новые разрушения, груды сваленных в кучу машин. На пути стали попадаться люди, покинувшие свои убежища, и теперь с растерянным и озабоченным видом они пытались разобраться, где в единой свалке вещи, принадлежащие им, а где соседу.
Светлана тихо сказала идущему рядом Амону:
— Значит, Жака все-таки отпустили, хотя он ясно дал понять, что отомстит. Признаться, я не верила, что он уйдёт от вас целым и невредимым.
Амон улыбнулся:
— Что целым - точно. Но насчет невредимости я сомневаюсь и даже очень.
— Но, я сама видела, что он выглядел нормально, когда уходил.
— А это проявляется не сразу. Теперь ему нужно идти не к своим друзьям, а в лепрозорий. Уж там он будет желанным гостем.
— Лепро… Что? — не поняла девочка.
— Лепрозорий, где изолируются больные лепрой, — пояснил идущий тут же, рядом Барон.
— Разве это опасно? Что это «лепра»?
— Понятие проказа - тебе более доступно? — Барон выжидающе посмотрел на девочку.
— Да, — прошептала Светлана.
— Теперь он будет гнить заживо, — смакуя, пропел Барон. — Впрочем, он уже давно гнил душой. Так что, телесное разложение Жаку будет в самый раз. Мы помогли сложить душу и тело в единое целое.
— Что бы вы ни говорили, это ужасно, — пробормотала, отворачиваясь девочка.
На улицах появились машины и толпы людей, разбирающих завалы, и баррикады сооружены ветром.
— Нам нужна машина, чтобы покинуть город, — заметил Барон.
В ответ на его слова из-за поворота вынырнул чёрный лимузин, невольно привлекающий к себе внимание своей нетронутой полировкой. Подъехав к Дорну, остановился. Ещё одна машина появилась оттуда же и, взвизгнув покрышками, остановилась возле лимузина. Выскочившие шофёры, услужливо распахнув дверцы, замерли в ожидании. Светлана потянулась к Катерине и Амон, не возражая, исчез в первой машине вместе с Дорном и Бароном. Пёс последовал за ним. Валентин сел возле водителя второй машины, а Катерина и Светлана устроились на заднем сидении. Юм, не слушая возмущённых возгласов, полез через женские коленки и устроился между Катериной и Светланой.
Синхронно захлопнулись двери и автомашины направились к выезду из города.
Машины мчались по дороге, догоняя время, оставляя за собой километры. Остановившись в Джексонвилле, путешественники посетили один из лучших ресторанов, наведя лёгкую панику, среди обслуживающего персонала, своим дорожным видом.


— Чёрт побери! — рявкнул мужчина, с силой опуская стакан на стол.
Он был лет сорока, с довольно засаленным видом. Шляпа с широкими загнутыми полями, была надвинута на лоб, из-под неё зорко смотрели, жёлтые колючие глаза. Он был плохо выбрит, а его одежда явно нуждалась в чистке.
Стук стакана заставил поднять голову сидевшего рядом человека в такой же ковбойской шляпе, поля которой скрывали под собой ещё и глаза. Казалось, второй дремал, укрывшись шляпой от посторонних.
— В чём дело Грег? — спросил он первого, бросив на него взгляд из-под полей шляпы. Его глаза оказались светло-серого цвета, про такие обычно говорят, что они стальные, тем более смотрели они холодно, без живого тепла.
Налив себе в стакан из стоявшей рядом бутылки, он выжидающе посмотрел на его нервного соседа.
— Черт побери! — повторил Грег. — Ты ещё спрашиваешь, в чём дело! Третий месяц гниём в этой дыре, а всё из-за того, что кому-то, что-то почудилось на Островах Зеленого Мыса! Меня воротит от этого места!
— Спокойнее, приятель, — ровным голосом сказал второй.
Он приподнялся на стуле, пригладил руками помятую рубашку. Выглядел он гораздо опрятнее Грега, и был моложе лет на пять. В его движениях сквозили манеры начальника. Грег, похоже, побаивался своего дружка. Глотнув из стакана, он закончил свою речь:
— Тебе оказали честь, доверив дело. Терпение. И потом, разве это «дыра»? Вполне приличный город и туристы жалуют его своим вниманием.
— «Город», — фыркнул Грег, — город для того, кто из ранчо, где самое большое поселение из двадцати домов. А мне жителю Нью-Йорка, этот «город» видится просто дырой.
— Но что хорошего в Чикаго, или скажем в Нью-Йорке? Шумные загазованные улицы, толпы людей. Здесь гораздо приятнее, — с ледяным спокойствием возразил второй. Бросив взгляд за окно, на противоположный дом, он продолжил: — Наша секта спросила оракула о местах, где большая вероятность Его появления, десятки городов сейчас под наблюдением. Нам жребий указал на этот город. Так, что не нервничай, а выполняй миссию, возложенную на нас братьями.
— Поскорей бы уж сигнал пришел, что Его заметили, — снова заворчал Грег. — Тогда бы мы снялись, с этого чёртова места. О Нью-Йорк! Я хочу снова пройтись по его улицам!
— Мне и тут не плохо, — заметил второй мужчина, — Вот только таращится на стены гостиницы, что не говори, осточертело! Но если Он и прибудет сюда, то точно в эту гостиницу, она самая лучшая, — обернувшись, крикнул бармену, суетящемуся за стойкой: — Тайлер, будь любезен, включи свой ящик! Посмотрим, что нового в мире!
По обращению было понятно, что сидевшие за столом, постоянные посетители этого заведения и довольно хорошо знакомы с его хозяином. Последний дружелюбно махнув рукой, откликнулся, попутно отдав распоряжения своему помощнику:
— Сию минуту, Билл! Мне самому интересно послушать.
Билл с признательностью качнул головой, но его глаза по-прежнему оставались холодными. Плеснув виски в стакан, он продолжил разговор:
— Грег, и не высматривай парня, судя по описаниям очевидца это не - Он, а Она со спутниками, их тоже легко узнать.
— Да почудилось нашему Стиву, он всё время бабами бредит, — весело рассмеялся Грег и снова взглянул на гостиницу.
Билл покачал головой:
— Нет. Он достаточно точно описал её.
— Тогда зачем мы здесь торчим? — возмутился Грег. — Посыльные всех гостиниц оповещены и подкуплены. Они сообщат нам о его приезде, если увидят нечто совпадающее по описанию. Признаться, я сомневаюсь в успехе. Город как вокзал, в нем непрерывный поток людей, самых разнообразных, нет смысла искать в таком бурлящем городе. И потом, нам всё равно сообщат. Нет смысла и необходимости таращиться на это здание.
— Сообщат, — согласился Билл. Но тут же сверкнув глазами, отчеканил: — ЭТО НАШЕ ДЕЛО. И мы должны встретить его посланца, какого бы пола он не был. Эй! Тайлер, что ты к ящику приклеился. Что там показывают?
С трудом оторвав глаза от экрана телевизора, с потрясённым видом, Тайлер повернулся к столику у окна.
— Бог мой! Что творится! Билл ты только посмотри!
Что-то буркнув себе под нос, Билл поднявшись из-за стола и оставив Грега с бутылкой, вразвалочку не спеша, подошел к стойке бара. Кинул несколько монет на прилавок. Тайлер мгновенно отреагировав: смёл деньги со стойки и на их место положил пачку сигарет. Похоже, он был знаком со всеми привычками своих клиентов, так как даже не спросил какую им марку.
Небрежно вскрыв сигареты. Билл взял в зубы одну, устремил немигающий взгляд в телевизор.
— Билл что там? — поинтересовался Грег, не утруждая себя перемещением по бару.
Но ему пришлось запастись терпением на несколько минут, прежде чем Билл удостоил его ответом:
— В Майами несколько часов назад прошёл торнадо. Большие разрушения, есть жертвы. Сообщают, что появился неожиданно, но власти успели предупредить население. Говорят, таких разрушений торнадо не приносил уже много лет.
Отвернувшись от телевизора, Билл вернулся к своему стулу. Опустившись, посмотрел на гостиницу и тихо заметил:
— Похоже, он даёт о себе знать. Теперь нужно держать ухо востро, это не так уж и далеко от нас.
— Билл, — махнул рукой Грег, — Не списывай стихию на Его проделки, ты ошибаешься.
— Чутьё меня редко подводит, — ледяным тоном заметил Билл, и, надвинув шляпу по самые глаза, казалось снова уснул. Лишь струйка сигаретного дыма, струящаяся над головой, говорила, что это не так.
Тайлер за стойкой бара не проявил никаких эмоций. Вероятно, эти двое уже давно служат ненавязчивым дополнением его заведения, а так как они исправно оплачивают свои счета, то у него не было никаких претензий ни к Биллу, ни к Грегу. Они появились в баре месяца два назад, и не смотря на свой задиристый вид, вели себя вполне приемлемо. Похоже, они не хотели привлекать к себе особое внимание, и день за днём терпеливо выжидали кого-то, заняв столик у окна, выходившего на самую шикарную гостиницу города. Но не только это объединяло Грега и Билла, они оба имели одинаковые татуировки в виде трех шестёрок соединяющихся хвостиками. У Билла, Тайлер разглядел татуировку на предплечье, у Грега на запястье. Вероятно, они принадлежали к одной секте, но к какой Тайлер не догадывался, а спрашивать их не хотел.
Сумерки опустились на город.
Зажглись витрины и фонари улиц.
Гостиница буквально, залила огнями главный вход. Её красочный фасад зазывал к себе гостей.
Тайлер с удивлением посмотрел на свой «декор», сегодня эти двое что-то особенно настойчиво разглядывают подъезжающих к гостинице людей.
Вдруг Грег громко свистнул, выражая свой восторг. Подпихнув Билла, с жаром проговорил:
— Вот красотка! Женщина в кайф! Поиметь бы такую.
Билл, лениво бросая взгляд на выходившую из чёрной машины женщину, в розовом платье. Следом за ней из салона машины на асфальт, спрыгнул огромный чёрный кот, рядом уже крутился величиной с телёнка такой же чёрный пес с узкой мордой, его алые глаза жутко отразили свет неоновых вывесок.
— Зоопарк, — пренебрежительно фыркнул Билл, собираясь повернуться к бармену, но вдруг, он снова стрельнул глазами на чёрные машины. Вскочил со стула: — Грег, идиот! Не на ту пялишься! Вот та, которую мы ждали! — указывая пальцем на выходящую из машины, следом за женщиной, девушку со светлыми волосами, одетую во все чёрное с кинжалом да поясе. Теряя голос, восторженно просипел Билл.
— Да, ну… не может быть, — засомневался Грег, не всё же пристально вглядываясь в фигуру девочки. — Красива, нечего оказать. Похожа на ту, что нам описывал Стив.
— Вот и её спутники, — громким, возбуждённым шёпотом прокомментировал Билл, следя за мужчинами покидающими лимузин, и вздрогнул, узнавая: — Смотри! Вот тот рыжий, его невозможно спутать ни с кем другим! А эти клыки делает его похожим на дьявола. Как Стив и говорил. Одет во все чёрное и кинжал на поясе. Где же второй?
— Этот? — указывая на длинного парня с зеркальными очками, предположил Грег.
— Нет, конечно, второму должно быть за сорок. А этому дай Бог, чтобы стукнуло тридцать. Похоже… третий покинувший лимузин и есть один из её спутников… — вглядываясь в прибывших, предположил Билл. Радостно повернувшись к Грегу, заключил: — Грег, дружище, мы выполнили свою миссию, мы и никто другой нашли посланца.
— Нужно убедиться, есть ли у неё знак, — с сомнением пробормотал Грег.
Билл повернувшись, просверлил его холодным взглядом:
— Всё настолько сходится. Я уверен, что знак у неё есть. Чёрт побери! Это нужно отметить! Тайлер! — заревел Билл, привлекая внимание бармена. — Тайлер, всё лучшее, что может предложить твой бар, неси на наш стол!
Тайлер собственноручно принес поднос и вежливо поинтересовался:
— Какое-нибудь торжество, Билл?
— Да, — сверкнул сталью глаз Билл. — Сегодня мир заново рождается.
— Здорово, — пробормотал Тайлер и не совсем уверенно согласился: — Да, за это нужно выпить.
— Присоединяйся к нам, — великодушно предложил Билл. — Клянусь дьяволом, сегодня великий день!
Фанатичный блеск, на мгновение осветил его стальные глаза.
Бармен вздрогнул, ощутив холод повеявший от этих слов.
Прошел час, казалось гостиница замерла, уснула.
— Грег, — тоном, не терпящим прекословия, приказал Билл, — Сходи в гостиницу, найди посыльного. Узнай откуда они, куда направляются, самое главное, как долго они пробудут в городе. В общем, выкачай из него всю информацию, какую он сможет дать.
С грустью посмотрев на почти полную бутылку, Грег глубоко вздохнув, направился к выходу. Билл взглядом проводил его до дверей отеля, пока он не скрылся за ними. Вытащил телефон из кармана и чертыхнулся увидев, что тот разряжен. Обернулся к стоящему у стойки бармену:
— Тайлер, у тебя телефон имеется? — не желая терять времени, спросил Билл.
С обидой Тайлер вскинул голову и с возмущением заявил:
— Конечно есть! — поинтересовался: — Куда-то позвонить хочешь?
— В Нью-Йорк звякнуть надо. Одолжи на время свой аппарат.
— Ого, куда занесло. Должно быть, крутые ребята у вас там?
— Не хуже ФБР, — усмехнулся с гордостью Билл. — А чем-то даже и лучше.
— Что ж они вас лучшей одеждой не снабдили? — съехидничал Тайлер, натирая салфеткой фужеры и развешивая их у себя над головой.
— Зато денег предостаточно, — отрезал Билл. — Похоже, они пришлись тебе по вкусу. А одежда меня вполне устраивает.
— Билл, позволь дать совет, — попросил Тайлер внимательно разглядывая грани фужера на свету.
— Попробуй, — жёстко усмехнулся Билл, сверкнул глазами.
— Если у тебя встреча с кем-то, то лучше приведите себя в порядок, иначе вы напугаете своего друга.
Билл сжал губы в тонкую нить, рука непроизвольно сдавила стакан, словно собираясь запустить его в бармена. Но спустя несколько секунд, взяв себя в руки задумываясь, кивнул соглашаясь. Разжал руку, освобождая посуду.
— Может ты и прав, — пробормотал Билл, отворачиваясь к окну в надежде увидеть идущего к бару Грега. Он не заметил, как Тайлер облегчённо перевёл дух и расслабился. Он ожидал от Билла меньшей сдержанности. Бармен признал, что Билл сильный человек, раз внял совету наперекор своим принципам и интересам, значит, он и опаснее чем могло показаться на первый взгляд. Похоже, он не забывает оскорблений, но их выяснение Билл оставляет на более поздний срок. Заволновавшись, Тайлер решил умаслить Билла.
— Билл, — окликнул он его, дождавшись, когда тот удостоит его взглядом, миролюбиво предложил: — Можешь позвонить в Нью-Йорк за счёт заведения.
— Я воспользуюсь твоим телефоном, но оплачу. Не люблю ходить в должниках, — проворчал Билл и многозначительно посмотрел на побледневшего Тайлера.
Тот, вполне поняв его намек, и тихонько вздохнул, кляня себя за свой болтливый язык.
Торжествующей Грег ввалился в бар. Подошёл к столику. Билл выжидающе посмотрел на него.
— Они из Майями, — весело сообщил Грег.
Билл поднял бровь:
— Откуда посыльный это узнал?
— Та, шикарная дамочка проговорилась. Но это ещё не всё. Они совсем без багажа. Никакой сумочки, даже у женщин. Заплачено сразу наличными. Номера «люкс». Сняли сразу несколько комнат. Щедрые чаевые. А теперь главное. — Грег замолчал, подчеркивая торжественность минуты. Билл выжидающе молчал. — Посыльный уверен, что это та девушка. Он ясно разглядел знак на руке. Она даже не скрывает его.
Билл с восхищением выдохнул воздух, фанатичный блеск снова осветил его лицо. Но Грег продолжал дальше:
— А теперь неприятное.
— Что? — нетерпеливо поторопил Билл.
— Они здесь только на ночь.
— Плохо, — буркнул Билл. — Нужно сообщить Уолтону в Нью-Йорк. Он скажет, что делать. Я предвижу, что нам придётся стать хвостом компании. Не можем же мы, так просто выпустить их из города. Ладно… пойду, звякну. Пусть снимает наблюдателей, теперь это наше дело.
Спустя десять минут, Билл мрачнее тучи отошёл от телефона, приблизившись к столу, тяжело опустился на стул. Подскочив от нетерпения, Грег волнуясь, спросил:
— Что сказал Уолтон?
Билл озадаченно потёр лоб, словно стирая выступивший пот.
— Хочет, чтобы мы этой ночью доставили в Нью-Йорк. Высылает личный самолет.
— В чём проблема? — удивился Грег.
— А ты не понимаешь! — осклабился Билл, — Мало того, что нужно убедить, что мы не желаем ей зла. Уолтон хочет, чтобы она была без сопровождающих, дескать, теперь наша секта позаботится о ней. И всё нужно сделать в течение суток.
Билл замолчал, погрузившись в размышления. Грег тоже задумался.
— Самолет будет? — подняв голову, уточнил Грег.
— Будет.
— Давай просто стащим. Потом объясним, что мы хорошие парни, или, под снотворным до города, а там пусть Уолтон сам выкручивается и объясняет.
— Идея неплохая, — протянул Билл, обдумывая. — Но как выманить? Да ещё одну?
— Ей сняли отдельный номер, — сообщил Грег.
— Уже лучше, — согласился Билл. — Подождём немного для верности, пусть они разойдутся по своим номерам.

Ощущая тепло, исходящее от пятидесятидолларовой купюры, лежащей в кармане, посыльный уверенно постучался в номер, на котором висела цифра «33». Несколько томительных секунд, за которые посыльный успел переступить с ноги на ногу, и дверь открылась. Миловидное лицо, с неприкрытым удивлением, уставилось на него. Посыльный замялся, под пристальным взглядом девушки излучавшем любопытство и внимание. Видя замешательство посыльного, девушка ободряюще улыбнулась, в её глазах заплясали искорки дружелюбия и тепла. Посыльный почувствовал, что прямо-таки тает под этим взглядом. Теперь пятьдесят долларов не грели его, а жгли каленым железом. Откашлявшись, он открыл было, рот, но его грубо оборвали. Огромный пёс, вынырнувший из-за её чёрного и длинного (до пола) халата, кинулся с явным намерением вцепиться в глотку. Посыльный отшатнулся, но девушка крепко ухватила пса за ошейник, оттащив его назад в комнату, вышла в коридор, затворив за собой дверь. Из номера послышалось поскуливание и царапанье в дверь. Закинув рассыпавшиеся волосы за спину, девушка, улыбнувшись, с акцентом произнесла:
— Прошу прощения, — она замолчала, вчитываясь в имя написанное на бейджике посыльного. Подняла глаза, лучезарно улыбнувшись, продолжила: — Майкл. Пес обычно смирный, не знаю, что на него нашло. Надеюсь, вас не напугал?
— Нет мэм, — уводя глаза в сторону, ответил Майкл.
— Вам что-нибудь нужно? — полюбопытствовала девушка.
Чувствуя, что лицо заливается краской, посыльный потупив глаза, указал рукой куда-то вниз.
— Один джентльмен хочет поговорить с Вами.
— Но я не знаю никого в этом городе, — удивилась она, но снова улыбнувшись, добавила: — Впрочем, пусть приходит.
— Он ждёт вас в холле, — пробормотал посыльный, ругая себя за роль, которую взял на себя.
С опаской бросив взгляд на соседний номер, девушка спросила:
— Вы уверены, что желают видеть именно меня?
— Да, да, — закивал головой Майкл (уж в этом-то он был уверен).
Ещё один взгляд, брошенный на соседнюю дверь, запахнув полы халата, девушка соглашаясь, кивнула головой.
— Пойдёмте, — и тихо заскользила по покрывающему пол ковру.
Увидев мелькнувшую из-под халата ногу, посыльный с удивлением констатировал, что девушка из номера «люкс» идёт босиком.
Спустившись на первый этаж, посыльный подвёл к стоявшему неподалеку от входных дверей мужчине в ковбойской шляпе. Девушка с интересом отметила, что он явно волнуется. Увидев её, мужчина вздрогнул, окинул внимательным взглядом. Майкл, заметивший в этом взгляде нечто большее, указал глазами на левую руку девушки, где ему довелось увидеть татуировку, теперь скрытую длинными и широкими рукавами халата, из-под которого, нет-нет, да мелькнёт, сверкая рубиновыми глазами череп на золотом браслете. Отвесив обоим лёгкий поклон, посыльный поспешил удалиться. Сделав ещё одну безуспешную попытку разглядеть под материей знак, мужчина приглашающим жестом указал девушке на один из диванов, стоявших в холле. Она не заметила, что этот диван укрыт от глаз управляющего, колонной. Он не мог их увидеть, не покинув свою стойку и оставив без присмотра регистрационную книгу и висевшие тут же ключи от всех номеров отеля. Девушка села на предложенный диван, закинула ногу на ногу, длинный халат прикрыл босые ступни. Она выжидающе посмотрела ему в глаза и оба испытали лёгкий шок, встретившись взглядами. Мужчина был поражён её глазами, полными доверия и дружелюбия, невольно он засомневался тот ли это человек, за которым они охотились. Девушка вздрогнула, увидев в стальных глазах незнакомца что-то знакомое, такой ледяной и беспощадный взгляд ей часто приходилось встречать в глазах Амона. Но в отличие от чёрных, мёртвых глаз дьявола, у мужчины они были живыми, но от них веяло могильным холодом.
Немного нервничая, девушка поинтересовалась:
— Вы хотели меня видеть?
Опустив её вопрос, мужчина в свою очередь опросил:
— У тебя есть знак?
— Знак? — озадаченно переспросила она, забеспокоившись, правильно ли она поняла заданный вопрос, уточнила: — Какой знак?
— Знак антихриста, знак дьявола, — священный экстаз осветил лицо мужчины. Он пальцами изобразил оккультный знак.
Девушка решительно встала с дивана. Мужчина вскочил с него тоже.
— Я не понимаю вас, — отводя глаза в сторону, сказала девушка, собираясь уходить, добавила: — Вы ошиблись, вам нужна не я.
Немного растерявшись, мужчина тут же взял себя в руки, быстрым движением задрал рукав халата, обнажая её левую руку до локтя. Татуировка чёрного черепа пронзенного кинжалом на фоне перевернутой пятиконечной звезды, сразу бросились ему в глаза. Она ему ничего не говорила, алые руны, окружавшие череп заставили его заволноваться.
Девушка рывком освободила рукав, со страхом посмотрела на странного посетителя. «Может еще один священник?» — с испугом подумала она. Но мужчина, уловив смятение и испуг, поспешил успокоить:
— Я твой друг, — прошептал он с фанатичным блеском в глазах. — Не бойся, я тебе не причиню вреда, — пока он говорил, перед его глазами стояли руны, казалось, начертанные самим Люцифером. Теперь перед ним стала проблема, как уговорить девушку пойти с ним и вообще убедить, что он не враг ей. Несмотря на его заверения, она была напугана и хотела покинуть холл и уйти в свой номер. Этого он никак не мог допустить. Ни секунды не колеблясь, мужчина одной рукой обхватив её за плечи, притянул к себе, а другой ткнул маленьким пистолетом в бок. С расширенными глазами девушка замерла. Прижав так, чтобы управляющий не заметил оружия, мужчина легонько подталкивая девушку к дверям, потянул на выход.
— Ни звука, — на всякий случай прошептал он ей на ухо.
Управляющий удивлённо проводил взглядом удаляющуюся парочку. Дверь закрылась, и он вернулся к своим счетам.
Выйдя на улицу, мужчина направился к стоявшей в нескольких метрах от входа машине. При их приближении, дверь салона приглашающее открылась. Посадив сначала в салон девочку, мужчина сел следом, захлопнул дверь.
— Трогай, Грег, — скомандовал он шофёру, попутно пряча пистолет в висевшую где-то сбоку, под рубашкой кобуру.
Девушка дрожащим голосом, несколько неуверенно, заметила:
— Кажется в Америке, закон очень суров к похитителям.
— Мы тебя не похищаем, — ответил мужчина сидевший рядом. — Ты просто меняешь место жительства.
Вздохнув, девушка сказала фразу на незнакомом им языке. Грег ведя машину, с любопытством оглянулся.
— Что она сказала?
— Я сказала, что три месяца назад я жила совсем в другом мире, и, он мне нравился больше чем этот. Там я себя чувствовала увереннее и безопаснее.
— Этот мир нам тоже не по душе. Теперь всё изменится, — сказал Грег.
— Куда вы меня везете? — поинтересовалась она.
— За город, — коротко ответил сидящий рядом мужчина.
Испуг снова затрепетал в её глазах, она тихо спросила:
— Вы хотите меня убить?
— Нет, — отрезал мужчина. — Я же сказал, мы твои друзья. Мы не сделаем ничего, что может повредить тебе.
— Тогда зачем похищать? — пожала плечами девушка, и, посмотрев в окно, проводила взглядом последний дом. Теперь дорога была пустынна и вела в горы.
— Так надо. Надеюсь, при встрече с полицией, не будешь создавать нам проблем? — обернувшись к сидевшим в салоне, спросил Грег, и тут же отвёл взгляд, внимательно наблюдая за дорогой освещённой светом фар. — Чёрт возьми, — проворчал он, когда машину основательно тряхнуло. — Деньги платишь как образцовый налогоплательщик, а власти дорогу починить не в состоянии. Куда скажи, уходят наши деньги, Билл, ты не в курсе?
— На повышение зарплаты бюджетникам, — буркнул Билл и предостерег: — Сейчас, на перекрестке будет полиция, она любит там ошиваться, сбавь скорость. Повернулся к девушке. — Будем привлекать внимание полиции?
Светлана отрицательно покачала головой.
— Мне, как и вам, не очень-то хочется встречаться с ними.
— От чего же? — заинтересовался Билл.
— В стране нелегально. Нет документов. Зачем разводить суматоху вокруг себя. Ещё посадят за бродяжничество.
Вдали замелькали, приближаясь, огни полицейского поста, но машина благополучно их миновала.
Через некоторое время, шум мотора изменился, и автомобиль свернул на дорогу круто уходящую вверх. Девушка пошевелилась.
— Чем вы вообще занимаетесь, кроме похищения людей?
— Служим своей секте, — ответил Грег, не отрывая глаз о дороги становившейся всё хуже и хуже.
— Что за секта? — заинтересовалось девушка. — Вы кому-то поклоняетесь? Надеюсь, вы не католики?
— Были, — Билл усмехнулся. — Сейчас мы поклоняемся силам тьмы. Властитель ночи - вот наш Бог! Он одаривает нас такими способностями и возможностями, на что неспособен Бог католиков. Властелин ночи должен прийти к единому царствованию над Вселенной!
— Кое-что проясняется, — по-русски проговорила девушка, снова устремляя взгляд за окно.
Приближаясь к конечному пункту, Грег заволновался:
— Билл, ты уверен, что мы не ошиблись?
Саркастически усмехнувшись, Билл вежливо взял левую руку девушки.
— Посмотри, если умеешь видеть в темноте.
Но Грегу не пришлось проверять свои способности. Едва Билл приподнял рукав, как Грег увидел сияние, исходившее от клейма. Билл ошарашено уставился на руку, больших доказательств ему не требовалось. На всякий случай, он потёр пальцем рисунок, желая убедиться, что это не светящаяся краска. Рубиновые глаза черепа злобно таращились на него с браслета, отражая невидимый источник света.
— Дьявольщина! — только и смог выговорить онемевшими губами Билл, не в силах отвести глаз от клейма.
Машина, взвизгнув покрышкам, резко остановилась. Грег перевалившись через спинку сиденья, навис над сидящими в салоне, тяжело дыша.
Первым пришел в себя Билл. Он «мягко» вернул Грега на водительское место и аккуратно опустил рукав, прикрывая рисунок.
— Езжай, — приказал он водителю и добавил, ни к кому не обращаясь: — Уолтон будет очень доволен.
Выписывающая зигзаги горная дорога привела машину на широкое поле. Один её конец терялся в бесконечности, а другой освещаемый фонарями, был совсем недалеко от выехавшей из леса машины.
Там же стоял полукруглый ангар и из-за него виднелся хвост летательного аппарата. Свет фонарей скупо освещал его серебристую поверхность, остальная часть терялась в ночи.
Автомобиль перестал нырять по ухабам, под колёсами зашумел асфальт.
Девушка с удивлением констатировала, что этот столь удаленный уголок не лишен признаков цивилизации.
Водитель повернул к самолету. По-видимому, это и был конечный пункт путешествия на колесах.
Пока Грег вёл машину к ангару, хвост самолёта дрогнул и двинулся на встречу. Всё произошло одновременно: самолёт вывели на взлетную полосу, и вплотную к нему подъехал автомобиль.
Светлана не разбиралась в самолетах, но, даже не смотря на своё дилетантство, сообразила по внешнему виду: этот самолёт покрывает большие расстояния за довольно короткое время. Неподалеку от самолёта стоял грузовик с горючим. Девушка, не знала горючее ли там, но светоотражающая надпись предупреждала очень серьезно. «No smoking!», сияло каждый раз, когда фары машины пробегали по боку грузовика.
В свете фонарей, призраками мелькали человеческие фигуры.
— Прибыли! — прокричал Билл, стараясь перекрыть шум двигателей самолёта.
Даже сквозь закрытые стёкла, стоял оглушающий грохот.
Самолёт готовился к взлёту.
Билл вышел из автомобиля, твёрдым, уверенным шагом направился к стоявшему возле трапа человеку. Последний, не обращая внимания на вопящие буквы, курил сигарету, попутно используя её кончик в качестве указки, командовал рабочими, подготавливающими самолёт к взлёту.
Начинало светать и сбросившее ночное покрывало небо, позволило лучше осмотреть аэропорт. Фонари по-прежнему излучали свет, но теперь он не был так необходим, как некоторое время назад. Взлётная полоса протянулась на несколько сотен метров, а вдоль неё, в траве, прятались сигнальные огни. Рядом возвышались горы, и густой лес наступал на очищенное от деревьев поле. В ангаре, в распахнутых дверях проступали очертания ещё одного самолета, но это был лёгкий, фанерный аэроплан, по-видимому, именно для него была построена взлётная полоса. Но не исключено, что он служил прикрытием, демонстрируя частные владения любителей воздухоплавания. Отлично проложенная трасса вполне позволяла принять и тяжёлый «Боинг», обеспечивая ему и взлетную полосу и обслуживание. Похоже, это был один из тех, редких случаев приёма гостей, и Билл оставив машину, уже подходил к трапу «Боинга».
Обменявшись условными знаками, Билл и человек распоряжавшийся загрузкой, перекинулись парой фраз.
Бросив сигарету под ноги и тщательно втерев каблуком в асфальт, человек соглашаясь, кивнул головой. Бросив ещё несколько указаний, начал подниматься по трапу в салон самолета.
Билл вернулся к автомобилю. Окинул взглядом, проявившуюся с восходом солнца панораму, распахнул дверцу машины. Нагнулся, заглядывая в салон.
— Грег, — скомандовал он, — бросай машину, нам приказано её сопровождать.
— До Нью-Йорка? — оживился Грег.
— Похоже на то, — согласился Билл, протянув руку девушке, помог ей выйти из машины.
Светлана поёжилась, ощутив холод утреннего воздуха. Здесь, в горах, было гораздо прохладнее, нежели в городе.
— В самолёте теплее, — сообщил Билл, заметив, как она зябко кутается в халатик.
Бережно взяв под руку, быстро повёл к трапу. Девушка еле успевала за ним, вздрагивая каждый раз, когда маленький камешек нет-нет, да попадёт под босые ноги. Облегчённо вздохнула, почувствовав под ногами покрытый чем-то мягким трап. Заглянув в салон, была приятно поражена ковром с густым ворсом, устилающим весь пол самолёта. Женщина с длинными, волнистыми, каштановыми волосами и приятным лицом, при появлении в люке девушки, живо вскочила с диванчика и направилась к ней. Светло-карие глаза с интересом окинули её взглядом сверху донизу, и гнев заплясал в них. Вскинув голову, женщина резко заговорила с похитителями стоящими позади девушки.
— Вы что, из ванны её выдернули? — сверля глазами, спросила она. — Хотите, чтобы она заболела? Уолтон будет недоволен.
Грег смутился под её пристальным, полным гнева взором, что-то невнятно забормотал. Билл спокойно встретил ярость, ответив на неё стальным, холодным взглядом, бесстрастно спросил:
— Что ты имеешь в виду? Ну, да, в таком виде она спустилась в холл.
— Босиком? Едва одетая? — уничтожающе сверкнула глазами женщина.
Билл опустил глаза, и только сейчас заметил, что девушка не обута.
Пожал плечами:
— Значит, так и вышла, — едва заметно усмехнулся. — У нас не было приказа раздевать.
Поджав губы, женщина закатила глаза и покачала головой:
— Невероятно, — и уже с улыбкой обратилась к замершей у люка девушке: — Заходи милая, устраивайся. Кофе? Холодный, горячий?
— Горячий, пожалуйста, — повеселела девушка, чувствуя, что кофе ей как раз и не хватало.
Исчезнув за ширмой, женщина тут же вернулась, неся на подносе кофейник с чашечками. Уютно устроившись на диванчике, обитом кожей, потягивая горячий напиток, девушка почувствовала, что согревается и оживает. Её похитители заняли места возле люка, собирались просидеть там весь полёт, откинувшись на спинки кресел с надвинутыми по самые глаза ковбойскими шляпами. Женщина снова исчезла за ширмой и появилась, держа в руках пушистый плед, она заботливо укутала им девушку, подложила под бок подушку. В самолёт поднялся ещё один мужчина, приветливо кивнув, проследовал в кабину пилотов. Через несколько секунд усилился шум моторов.
Женщина со знанием дела, закрыла люк. Ушла за ширму.
Уставшая девушка не заметила, как заснула. Где-то сквозь сон ощутила взлёт самолёта и набор высоты, затем окончательно провалилась в небытие, из которого вывела женщина, когда самолёт коснулся земли. Шасси, приняв на себя всю мощь и скорость, заскользили по взлётной полосе.
Женщина выглядела озабоченной, но последующие слова всё прояснили:
— Идёт дождь, и гораздо холоднее, чем на юге, — сообщила она Биллу. — К сожалению, тут нет ни обуви, ни одежды. Что предложишь?
Билл пожал плечами:
— Машина у самого трапа. Завернём в плед, отнесём на руках, — усмехнулся: — Вот ещё проблема!
Уловив смысл разговора, девушка ничего не сказала, когда Билл подняв её на руки, покинул самолёт, направляясь к стоявшему в метрах десяти от них, серебристому BMW. На улице было пасмурно. Дул пронизывающий ветер. Накрапывал мелкий дождь. Водитель BMW услужливо приоткрыл дверь для Билла с его ношей. Грег занял место возле водителя.
Покинув взлётную полосу, автомобиль влился в общий поток транспорта идущего по широкому тракту.
Убаюканная мягким покачиванием, девушка снова уснула и когда проснувшись, открыла глаза, то увидела панораму города раскинувшегося на огромное расстояние, которое невозможно было окинуть единым взглядом. Высокие дома образовали, как бы «костяк» города. Остров Манхэттен, состоящий из множества небоскребов, и они были так знакомы девочке. Вспомнив фильмы, которые ей довелось увидеть, она догадалась, что этот город не иначе как Нью-Йорк!
Автомобиль не стал углубляться в улицы города, он выехал на окраину, где вдоль дороги стояли шикарные особняки.
К массивному, трёхэтажному дому, привела дорога "BMW". Билл и дальше понёс девушку на руках, не давая ей ступить на влажную от дождя дорожку. Но он не роптал, похоже, считал за честь внести её в дом таким образом. Грег разделяя его чувства, шёл рядом, поглядывая на Билла с некоторой завистью.
Двери дома распахнулись, несколько человек вышли на веранду, с восторгом встречая направляющихся к ним людей. Расступившись, пропустили Билла с его ношей в дом. Последний войдя в холл, с неохотой опустил девушку на ковёр, снял плед. Запахнув халатик, она с интересом ждала, что же будет дальше, испытывая одновременно интерес и страх. Судя по организованности, такие люди шутить не любят и ещё неизвестно как они поступят, узнай, что сделана ошибка. С другой стороны, они поклоняются силам Зла, а Дорн как-то предупреждал о возможной помощи с их стороны и их защите. Так, что была вероятность более благополучного исхода в сложившейся ситуации, и они не будут впадать в крайности, обнаружив ошибку.
К ним приближался молодой человек со смуглой кожей, длинными, до плеч тёмными волосами. Аккуратная бородка подчеркивала идеальную красоту его лица, делая немного старше, чем ему было на самом деле. Выражение лица было отрешённым, задумчивым, умиротворённым. Окажись над его головой нимб, его можно было принять за святого с иконы.
Увидев его, девочка удивилась, она ожидала встретить более пожилого человека в качестве хозяина дома. Как этому юноше удавалось держать в руках такое количество преданных ему людей, управлять ими, оставалось загадкой. Должно быть, в нём были задатки гения, способного управлять массами, одним словом или одним мановением руки. Присутствующие взирали на него с преданностью и великой любовью, как на божество явившееся им.
Уловив вопрошающий взгляд хозяина, Билл, осторожно обнажил левую руку девочки, показывая знак. Взгляд хозяина прояснился, стал острее, потеплел. Присутствующие разразились восторженными криками. Хозяин приятным, бархатным голосом спросил Билла:
— Родинку видел?
Билл отрицательно покачал головой. Юноша нахмурился, но тут же лучезарно улыбнувшись, мягко взял девочку за руку и ещё раз внимательно всмотрелся в начертанные руны.
— Но это уже что-то, — заметил он и спросил: — как твоё имя дитя?
— Светлана, — ответила девочка, чувствуя себя неуютно в халате перед толпой зрителей.
— Светлана, — повторил юноша, смягчая букву «Т» в остальном же выговаривая правильно. — Русское имя, — заметил он, бросая пронзительный взгляд. — Ты русская?
Девочка молча кивнула в ответ. Хозяин улыбнувшись, предложил:
— Мы можем разговаривать на твоем родном языке. Мне не составит труда изъясняться на нём, — и уже по-русски. — Зови меня Уолтон. Мы поможем тебе в твоей миссии.
Девочка изумлённо вскинула глаза:
— У меня нет никакой миссии!
Уолтон возразил:
— Есть, ты просто, ещё не получила указаний от Него. И изображение на руке не просто так.
— Это татуировка! Её может выколоть, кто угодно, — пожала плечами девочка.
Беспокойство шевельнулось в глазах юноши. Растягивая слова медленно, словно раздумывая, произнёс:
— Действительно, может сделать каждый. Но значение рун знает далеко не всякий. Только избранный круг. Признаться меня удивило, что в рунах нет упоминания об антихристе, но там ясно сказано, что сам Хозяин Тьмы покровительствует тебе. Знак черепа с кинжалом мне не знаком. Но в древних рукописях есть упоминание о силах подчиняющихся Люциферу. Люди использовали значение этих сил, чёрными крыльями, накрывшими человека, они подобно ореолу смерти нависали над ним. Вполне возможно, что это интерпретация: крылья заменились кинжалом - несущим угрозу, человек - черепом. Перевёрнутая пятиконечная звезда - символ тёмных сил. Но, Хозяину виднее, какие символы использовать. Я разберусь со знаком, если окажется, что просто татуировка, а символы - случайность, то… — тут он замолчал и нехорошо усмехнулся, — то я тебе не завидую. Ты и так узнала лишнее. А пока, дом к твоим услугам. Отдохни. Вечером специалисты вынесут вердикт. В любом случае подтверждение «чуда» необходимо. В XXI век не убедишь людей, не имея научных выводов.
Перейдя на английский, Уолтон отдал распоряжения, и две женщины отделившись от общей массы, повели девочку в её комнату. Уолтон подозвал к себе ещё одного человека и спросил:
— Стив, ты узнал?
— Да, да, — энергично закивал Стив, — именно её я видел на островах Зеленого Мыса, когда её спутники за десять секунд сожгли монаха. Да, это она.
Билл не выдержав подозрений возникших в отношении девочки, шагнув вперед, заявил:
— Уолтон, это она. Я сам видел как светится в темноте знак, Грег тоже видел, когда мы везли к самолёту.
Стоявшие в холле люди оживлённо зашевелились, послышался шёпот.
Уолтон успокоил их одним движением руки:
— Я не сомневаюсь, — сверкнул он глазами, и тут же приглушив блеск, мягко, убеждая, добавил: — но нам нужно мнение специалистов. Необходимо их признание чуда и его мы получим сегодня вечером!
Люди встретили его слова одобрительными возгласами. Уолтон повернулся к своему подчиненному:
— Джонни, привези сюда наших друзей со всем снаряжением, — многозначительно уточнил: — Пусть соберутся в максимально короткий срок.
Повернувшись, хозяин вышел. Джонни поспешил выполнить его указания. Люди, в холле тихо переговариваясь, разошлись по дому, выполнять и дальше возложенные на них обязанности. Билла и Грега они увели с собой, предоставив в этом огромном доме комнаты для жилья.
Джонни действительно очень постарался. Через пару часов, фургон подъехал к трёхэтажному зданию, привезя аппаратуру и людей близко знакомых с этой сектой. Кое-кто из специалистов имел даже татуировки, изображающие соединенных шестерки.
Уолтон сам вышел навстречу и отвёл в восточное крыло особняка, переоборудованное специально для научных исследований. Секта не гнушалась использовать в своих целях и передовую технологию.
Потеряв ещё часа два на подключение и настраивание аппаратуры, специалисты, наконец могли приступить к своей работе.
Девочка неуверенно переступила порог комнаты, с испугом поглядывая на её инвентарь. Одета она теперь была гораздо лучше. Для девочки нашли рубашку в крупную клетку, джинсовые брюки и удобные теннисные туфли. Всё это было срочно приобретено в одном из ближайших магазинов.
Люди, находившиеся в комнате, с удивлением посмотрели на неё, в их сознании не укладывалась ангельская внешность с миссией. Девочка в свою очередь уставилась на оборудование, узнавая из всего этого, только экраны дисплеев и установку рентгена. Уолтон ободряюще улыбнувшись, сказал по-русски:
— Пусть тебя не пугает оборудование, оно для изучения, а не для пыток. Здесь только посвящённые. Никакая информация не покинет стен этого дома, пока, я не дам распоряжение. Не бойся, тебе не навредят.
После этих слов, Уолтон отдал девочку целиком в руки специалистов. И тут началось! Прощупывание, простукивание, просвечивание. Анализы крови, кожи. Рентгеновские съёмки. Составление кардиограммы, снятие излучения мозга. Всерьёз заинтересовались золотым браслетом и медальоном. Просмотрели радужные оболочки глаз и рефлексы, и ещё много такого, что для девочки осталось загадкой.
Но, чем дальше шло исследование, тем больше недоумённых взглядов она на себе ловила. Из коротких реплик, девочка уловила, что рентген ничего не показал, ничего в прямом смысле слова. Словно лучи наткнулись на непреодолимый барьер. Что-то мешало снять показания, зашкаливая приборы.
Уолтон внимательно выслушивал результаты, задавая вполне грамотные вопросы, уточняя полученные выводы, и с каждым ошеломляющим ответом лицо светлело, и фанатичный блеск не раз озарил его.
Наконец, специалисты закончили исследования и оставили девочку в покое, вернулись к своим приборам, упаковывая их для перевозки.
Уолтон вывел её в другую комнату.
— Признаться, ты меня взволновала, сказав, что это татуировка, — сказал он улыбаясь. — Ты, наверное, хотела проверить нашу бдительность, или пошутить?
— А, разве на руке не татуировка? — удивилась Светлана.
— Все ещё проверяешь, — усмехнулся Уолтон. — Нет. На руке самая настоящая родинка. Признаться, пигментация кожи чрезвычайно удивила моих людей. Чёрный, угольно–чёрный, — поправился он, — череп, и тут же рядом, алые руны, чёткость изображения. Но как бы тщательно не проверяли, ничего инородного, обнаружено не было. Это часть твоего тела, твоей кожи. Браслет тоже привёл в замешательство. Он вроде золотой, но и не золото, а если золото, то с неизвестными примесями и немного радиоактивно, но без угрозы для здоровья. Не нашли место соединения, казалось, он отлит прямо на руке, везде однородная структура. Браслет так облегает кисть, что большая загадка, как он вообще был надет. Ты с рождения носишь его?
— Нет, месяца два.
— Как же ты одела его на руку? — удивился Уолтон.
— Не знаю. Очнулась и обнаружила знак и браслет. Впрочем, руны появились от прикосновения руки Дорна. Просто проявились, но тогда они ещё светились.
— Ты видела самого Хозяина? — волнуясь, воскликнул Уолтон, с восхищением посмотрев на девочку. — Какой он? Как он выглядит?
— Высокий мужчина. На вид чуть больше сорока. Очень низкий голос, чёрные глаза, очень тёмный сам, как будто долго загорал.
— Так это был он?! — вскричал Уолтон, в волнении кружа по комнате. — Так это был он на островах Зеленого Мыса! Стив решил, что они твои спутники. Мы слышали, что там, в одной секте сам Люцифер принимал жертву, но решили, что вымысел.
Прекратив метаться, Уолтон обернулся к девушке.
— Второй спутник, рыжий, кто он?
— Правая рука Дорна. Череп с кинжалом - его знак.
Удовлетворив его любопытство, Светлана с интересом наблюдала, как Уолтон снова заметался по комнате, что-то напряжённо обдумывая. Признаваясь, он сказал:
— Я приказал привезти тебя без сопровождающих. Откуда я знал кто они! Получается, похитил тебя у своего хозяина! Какой позор!
Девушка равнодушно пожала плечами:
— Они разрешили. Иначе, они бы уже дали о себе знать. Вот только не знаю, почему.
— Я знаю! — фанатичный блеск засиял в глазах Уолтона. — Я знаю! Он доверил мне своего сына, — он запнулся, посмотрел на девочку и продолжил не поправляясь: — Он верит, что я защищу и приведу к победе его посланца! — обращаясь в пространство, заверил: — Я не подведу тебя, мой Хозяин! — и уже более трезво добавил: — Я надеюсь, ты не против принять наше гостеприимство и помощь братьев?
Грустно улыбнувшись, Светлана заметила:
— Я никуда не спешу.
— Люди, выполнявшие моё распоряжение, не напугали тебя? Возможно, поспешность действий вызвали шок?
— Внезапность испугала меня, но я бы не сказала, что была шокирована, — призналась девочка.
Уолтон с интересом взглянув, заметил:
— Отчего же так? Обычно, похищения выбивают людей из «колеи», они паникуют, теряют здравомыслие. Ты чувствовала, что за твоей спиной стоят могущественные силы, которые готовы помочь и защитить?
— Нет, не думаю, что спокойствие заключается в покровителе. Скорее, реакция смертника на изменение ситуации. Для него, что бы ни случилось - всё к лучшему. Приговор отменится или отложится на неопределенный срок.
С усталостью, посмотрев на Уолтона, девочка опустилась в кресло, и посмотрела за окно.
Наступал вечер.
Близстоящие деревья светились множеством огоньков. Тысячи миниатюрных лампочек спрятавшихся в кроне дерева, освещали каждый листочек. Не отводя глаз, девочка поинтересовалась:
— Разве такие огонёчки не на Рождество зажигают?
— Можно в любое время, лежала бы к этому душа, — весело рассмеялся Уолтон. Но тут же став серьёзным, спросил: — Что за намёк на смертника? За тобой кто-то охотится, кто-нибудь угрожает тебе? Кого ты боишься?
— Его, — коротко ответила девочка, проводя пальцем по знаку на руке. На мгновение палец задержался на черепе с кинжалом.
— Сегодня, в полночь, секта проведёт ритуал. Будут принесены жертвы. Ты будешь присутствовать? — Уолтон выжидающе посмотрел на девочку, с уставшим видом смотревшую в окно.
— Если можно, эту ночь, я бы провела в комнате, которую вы мне предоставили. Я хочу отдохнуть, — уклонилась Светлана.
— Твоё присутствие вдохновит наших братьев и сестёр. Они с нетерпением ждут твоё появление, — заметил Уолтон.
— В следующий раз, — неопределенно ответила девочка.
— Что ж, не буду задерживать, — огорчённо согласился Уолтон.
Подойдя к стене, нажал на одну из множества кнопок вмонтированных в неё. Спустя пару минут, дверь распахнулась и в комнату неслышно скользнула женщина и выжидающе посмотрела на хозяина.
— Проводите в комнату. Выполняйте все её распоряжения, — приказал он.
Женщина кивнула. Девочка поднялась с кресла и вышла следом за ней.
Ночь прошла спокойно, и никто не нарушал тишину особняка.

Проснувшись утром, Светлана удивлённо воззрилась на кресло, стоящее неподалеку от кровати. На нём аккуратно, но привлекая внимание, лежала одежда чёрного цвета. Ещё больше удивил Светлану стилет в ножнах, лежащий на сиденье. Стилет, подаренный Дорном. Теперь он находился в этой комнате, чудом преодолев расстояние в тысячу километров.
Светлана обвела глазами помещение, но никого не обнаружив, сказала:
— Амон, Вы уже в курсе?
Тишина была ей ответом, лишь одежда служила доказательством, что это так.
Светлана оделась. Вдела ножны в ремень брюк. Вынула стилет, вглядываясь в переливающееся всеми цветами лезвие. Подобно бегущим огням, по лезвию пробегали холодные искры. Взяв стилет за острый конец, коротким броском послала в дверь. Всё-таки уроки сделали своё дело, стилет затрепетал, вонзившись в дерево. Через секунду дверь тихонько приоткрылась и в комнату вошла женщина. Не поворачиваясь, она прикрыла за собой дверь и замерла, уставившись на девочку в чёрном. Несколько секунд молчания, наконец, она смогла выдавить из себя фразу:
— Звали? Мне показалось, что постучали.
— Извините, случайно, — пробормотала девочка.
Все ещё не в силах отвести глаза от внезапно преобразившейся гостьи, женщина «поедая» глазами ответила:
— Ничего. Я пойду?
Повернулась к двери и снова застыла столбом. Стилет с искрящимся клинком торчал в дереве. Перевела испуганный взгляд на Светлану, остановив его на ножнах, ойкнула и метнулась к выходу. Пожав плечами, Светлана выдернула стилет и вложила в ножны. Бросила взгляд за окно. Там по-прежнему моросил дождь.
— Вот так сюрприз! — раздался восхищённый голос со стороны дверей.
Обернувшись, Светлана обнаружила стоявшего там Уолтона. Пройдя несколько шагов по комнате, он сказал:
— Где ты достала эту одежду? Я знаю, такой в доме нет. И оружие вижу в первый раз.
— Кое-кто позаботился, чтобы я была одета подобающим образом, — вздохнула девочка.
— Новости быстро распространяются, — заметил Уолтон. Уже весь дом знает о странных превращениях. Ещё вчера была в халате, а сегодня новая одежда и изумительное оружие. Софи сказала, что оружие было воткнуто в дверь. Почему бы тебе ни повторить этот трюк?
— Я её и так испортила, — махнула рукой девочка, оглянувшись на дверь, остолбенела. Ни одной царапины не было на ней.
— Какие мелочи, — улыбнулся Уолтон, не заметив её легкого шока. — Можешь изрубить, как заблагорассудится. Итак, уважишь мою просьбу?
Девочка повторила свой бросок, Уолтон подошёл к двери, с интересом принялся разглядывать стилет. Потянулся, было к нему, но предупреждающий возглас, остановил его:
— Не прикасайтесь, это опасно!
— Что может случиться? — не сводя глаз с оружия, спросил Уолтон.
— Как-то, он испепелил человека, оставил только кости. Лучше его не трогать, — посоветовала девочка.
Уолтон метнул взгляд полный изумления на неё, а потом снова вернулся к стилету на этот раз наполненный восхищением.
— Нужно будет, собрать наших братьев и сестёр повторить этот номер. Когда, найдут подходящую жертву, ты сделаешь это. Необходимо показать всем, силу оружия ночи! А пока, тебе следует показаться членам секты, жрецам и наставникам, в чьём подчинении находятся разделенные по кварталам города группы людей. Их очень много и всех не охватить за один день. Так что, только избранные удостаиваются чести посетить наш дом. Здесь центр, и я их пастырь.
Уолтон озабоченно провёл рукой по бороде, приглашающим жестом указал на дверь:
— Прошу, стол накрыт. Потом Джонни в качестве водителя и гида покажет город, и ты увидишь людей, вставших на сторону Ночи. Если ты не против, Билл будет охранять. Он из тех людей, которым я могу доверить наше сокровище, но возможно после похищения, он стал тебе неприятен, я подыщу замену.
Следуя за Уолтоном по бесконечному коридору. Светлана возразила:
— Если Билл сам не против, то пусть будет он.
Билл не был против. Он встретил девушку у выхода с фанатичным светом на лице. Теперь в похищенной, он действительно увидел посланца Хозяина. Её внезапное преображение, послужило большим доказательством, нежели заявление ученых о неожиданных результатах их исследований.
Светлана невольно заметила, что теперь он выглядел гораздо лучшее, чем в их первую встречу. Одежда посвежела, стала чище, единственно, что объединяло Билла «вчерашнего» с Биллом «сегодняшним» – так это неизменная ковбойская шляпа с лихо закрученными по бокам полями. Белозубо улыбнувшись, он с готовностью придержал дверь машины, дожидаясь, когда девушка в неё сядет, а после сел рядом. Джонни, сидевший за рулем, весело подмигнул в зеркало Светлане, и вывел автомобиль на дорогу,
По обе стороны замелькали шикарные особняки, на которые девушка взирала с восхищением, они были разнообразны и красивы.
Вдруг, впереди показалось, важно идущее через дорогу животное. Проигнорировав мчавшийся в его сторону автомобиль, кот важно переставляя лапками, держал направление на противоположную сторону дороги.
Светлана с надеждой посмотрела на водителя, но он не собирался менять курс машины, направляя её на кота. Светлана быстро, словно мимоходом, заметила.
— В свите Хозяина есть и кот.
И полетела по инерции навстречу переднему сиденью. Джонни с каменным, непроницаемым лицом, остановил машину в нескольких метрах от вышагивающего животного. Он целеустремленно, не меняя направления, по-прежнему двигался к противоположному тротуару, даже не потрудившись прибавить скорость. Из-за ограды выскочила девочка лет шести-семи, с испугом кинув взгляд на затормозившую машину, бросилась за котом. Так и не дав ему достигнуть намеченной им цели, взяла его на руки и повернула к дому. Не выпуская недовольного кота, она быстро пересекла дорогу, прежде чем скрыться за оградой, обернулась, и широко улыбнувшись, помахала рукой.
Джонни не изменив выражения лица, послал машину дальше, в город.
Билл в свою очередь заинтересовался полученным сообщением.
— Пес тоже в свите? — спросил он девушку. — Вид у собаки был не из добродушных.
— Нет. Он не в свите. Он принадлежит одному из свиты. Он очень ласковый любвеобильный щенок. Но полученные приказы выполняет идеально, — с охотой сообщила Биллу, Светлана. И в свою очередь поинтересовалась: — Куда мы едем?
За Билла ответил Джонни:
— В один из высотных домов, которыми так богат Нью-Йорк.
— На какой этаж? — заинтересовалась Светлана.
— Невысоко, на двадцать третий. Там офис фирмы. Директор и некоторые служащие, наши люди. Они очень хотят познакомиться с тобой.
— Не хочется вас разочаровывать, но всё-таки я не тот человек, которого вы ждете, — сказала, не отрывая глаз с дороги, девушка.
Она с интересом разглядывала вырастающий перед ней город.
— Пусть даже так, — ответил Билл. — Но ты видела Его. Своим появлением ты внесла смысл в нашу жизнь. Люди убедятся, что Он существует, этого будет достаточно, чтобы провести всю жизнь в ожидании антихриста, и они даже не будут жалеть о пройденных годах. Они покорно будут ждать, зная, что когда-то наступит и их очередь вставить свое слово в истории.
— Почему не может быть такого: поверить в дьявола, и соответственно в создателя?
Билл пожал плечами:
— Хозяин ночи сильнее и могущественнее создателя, как мгла между звездами, они вспыхнули и погасли. Он поглотит свет.
— Странные рассуждения, — пробормотала девушка по-русски.
Машина вошла в «ущелье» создаваемое зданиями ушедшими вершинами в небо. Казалось, сюда никогда не сможет заглянуть солнце, если только будет в зените.
Оставив транспорт на стоянке, направились к высокому зданию. На удивление Светланы, они беспрепятственно проникли внутрь. Поднявшись на лифте, вышли к застекленным дверям какого-то офиса. Сидевшая за столом, женщина, тут же вскочила при виде посетителей. Джонни, пославший условный знак заставил её заметно повеселеть и преобразиться. Теперь она горела желанием услужить неожиданным гостям.
— Лэнс у себя? — спросил Джонни.
— Да, да, прошу, — засуетилась женщина, приглашающим жестом указывая на тяжелые, обитые кожей двери в конце комнаты.
Джонни не говоря больше ни слова, направился к ним.
Лэнс оказался массивным человеком, с фигурой, которую шутники характеризуют как «шкаф». Он неприветливо посмотрел на вошедших, но когда его взгляд остановился на Джонни, то, как будто внутри вспыхнула лампочка. Лэнс быстро вскочив и с резвостью (что трудно ожидать от тучного человека) приблизился к нему. Обменивались парой Фраз с Джонни, Лэнс посмотрел на девушку.
Джонни попросил:
— Покажи знак.
Светлана послушно задрала рукав, попутно, с интересом наблюдая за реакцией Лэнса. Но он, равнодушно скользнув взглядом, с иронией спросил:
— А откуда я знаю, что это не рисунок? У неё есть родинка с шестёрками?
— Это тоже родинка! — попытался убедить его Джонни.
Лэнс скептически поджал губы:
— Докажите. И тогда я вложу солидный капитал в «наше дело».
— Слова Уолтона тебе мало? — с угрозой в голосе спросил Джонни.
Беспокойство мелькнуло в глазах Лэнса, но он упрямо гнул свое. Мол, сначала докажите.
Билл не выдержав, спросил босса:
— Вы можете обеспечить полное затемнение кабинета?
Лэнс с подозрением посмотрел на него.
— Зачем тебе?
— Представить доказательства.
С неуверенностью, Лэнс сказал:
— Да… могу.
Он подошёл к окну и опустил тяжелые, темные жалюзи.
— В кабинете предусмотрен просмотр слайдов, — сообщил Лэнс в полной темноте и поинтересовался: — Где, ваши доказательства?
Догадавшись, что задумал Билл, Светлана снова обнажила руку, и холодное сияние замерцало в темноте. Изумленный возглас Лэнса и грохот упавшего кресла слились в один звук. Следующие слова босса, вперемешку с ругательствами неслись уже с пола. Судя по шуму, он пытался встать на ноги и никак не мог найти опору, что-то с шумом обрушивая. Поднялись жалюзи, и взору посетителей предстал барахтающийся на ковре, с двумя креслами по бокам босс и директор уважаемой фирмы. Джонни подняв жалюзи, помог Лэнсу встать на ноги. Попутно назвал несколько адресов, по которым, Лэнс мог получить исчерпывающую информацию об исследованиях, проведенных в особняке Уолтона. Полностью убеждённый, Лэнс раболепно проводил гостей до дверей и заверил Джонни, что весь капитал фирмы в полном распоряжении секты.
Следующий дом, который они посетили, встретил их гробовой тишиной, больничным запахом медикаментов, который перемешивался с ещё каким-то специфическим «ароматом» свойственный, как правило, покойницким. Светлана с ужасом резюмировала, что она в морге. Комнату, в которой её оставили, она покинула в ту же секунду, не выдержав безмятежного взгляда голубых глаз плавающих в баночке. В таких же баночках на полках были расставлены отрезанные руки, ступни, печень, почки, величественно покоился человеческий мозг, со всеми своими извилинами.
Удивлённый Билл поспешил за ней вслед. В коридоре, поинтересовался у девушки:
— Чего испугалась? Разве ты не была в свите Хозяина?
— Была, — ответила девушка, с беспокойством озираясь вокруг, это место ей совсем не нравилось.
—Тогда это не должно пугать тебя, — заметил Билл
— Но как видите, пугает, — несколько нервно сообщила Светлана и добавила: — Вы меня не за того принимаете, отсюда и ошибки. Вы ждёте от меня сверхъестественных сил, а их у меня нет, и не будет. Я всего лишь жертва случая.
— Уолтон найдёт ответ, — уверенно заверил Билл. — Хозяин не зря покровительствует тебе.
Беседу прервал вышедший из той комнаты Джонни, с невысоким, худощавым человечком, волосы которого как легкий пух торчали во все стороны, открывая взору аккуратную, блестящую лысину. Глазки-пуговки юрко шныряли по сторонам, казалось он сейчас, как мышка поведет носом принюхиваясь. Мышка вышла с раскинутыми руками, в хирургических перчатках. Было ощущение, что его только что оторвали от проводимой операции.
Плотно затворив за собой дверь, он ловким, привычным движением, стянул перчатки с рук, не промахиваясь, метнул их в мусорный ящик, стоявший возле косяка. Мелкими шагами устремился по коридору вглубь здания.
Билл, Светлана и Джонни последовали за ним. В отличие от Лэнса этот человечек без всяких сомнений принял сообщение Джонни о появлении в их секте посланца Хозяина (так они называли между собой сатану). Загоревшимися глазками алчно пощупал пальцами клеймо на руке девушки. Светлана невольно убрала руку, представив с каким удовольствием, он полоснул бы скальпелем по знаку, с надеждой узнать, как тот появился, и что собой представляет. С огорченным видом отвернувшись от девушки, «мышка» издала разочарованный вздох, и, распахнув перед посетителями двери своего кабинета, жестом пригласила их внутрь.
Светлана с интересом осмотрелась. Сразу бросился в глаза стол, за которым столь уютно устроился его владелец. Похоже, это был стол для анатомирования. Оставалось только гадать, использовали ли его раньше по назначению, или копия того, что стоял в покойницкой, где вскрывали трупы для научных или судебно-медицинских целей. Поражало обилие зеркал, висевших в разных углах кабинета. Для чего их было там много, осталось загадкой. «Мышка», не очень утруждала себя заботой о своей внешности.
Покопавшись в сейфе, он вытащил начатую бутылку виски (Билл явно оживился, увидев её), и нераспечатанную коробку, где, как было объявлено, находилась свежая пицца. Всё это доктор, разложил на столе и пригласил к нему своих гостей.
Джонни подсел поближе, сославшись на машину, пить отказался. Билл, согласившись на одну рюмочку, поддев кусок пиццы провозгласил тост за удачу секты. Светлана, отказавшись от всего, посматривала в окно, искренне скучая. Отвернувшись от окна, она провела глазами по зеркалам, и замерла. В одном из зеркал она увидела своё отражение, но рядам зеркало отразило мужчину в зеркальных очках. Развалившись в кресле, закинув ногу на ногу он, с усмешкой приподняв очки, подмигивал ей.
Светлана повернула голову, но никого рядом не увидела. Зеркало продолжало показывать несуществующие в реальном мире картины. Мимо, в зеркале, прошел огромный чёрный кот. Светлана наяву почувствовала, как что-то пушистое потёрлось о ноги. Барон улыбнувшись, в приветствии махнул Светлане рукой, и исчез. Растворился в воздухе. Вслед за ним исчез и кот.
Девушка посмотрела на своих сопровождающих, но они ничего не замечая, о чём-то тихо переговаривались. Увидев, что девушка выжидающе смотрит в их сторону, Джонни решительно встал, потянув за собой Билла, направился на выход. «Мышка» не утруждая себя выпроваживанием гостей, осталась сидеть за столом, и лишь послала прощальный жест рукой, завершая его условным знаком членов секты.
Дождь, наконец, прекратил поливать улицы города, и в разрывах туч блеснуло солнце.
Джонни подвёл машину к воротам, Светлана с детским восторгом опознала вход в цирк! Как давно она не посещала это заведение! С нетерпением дождавшись, когда Джонни закроет машину, она поспешила в раскрытые ворота.
Билл как заправский телохранитель не отставал от неё ни на шаг, был начеку и подозрительно осматривал окрестности.
— Нет, нет, — остановил их Джонни, — нам не сюда. Войдём через служебный вход.
Обогнув зазывающие вывески, Джонни, привел к малоприметному входу. Перекинувшись короткими фразами, со стоявшим там человеком, он сделал знак подождать. Ожидание было не долгим, дверь стремительно распахнулась, и во двор вылетел человек с бьющей через край энергией, и соответственно эмоциями. В чёрном, удлиненном фраке с алым поясом и с бабочкой на белоснежной рубашке. Брюки были тщательно отутюжены, а надраенные туфли пускали «зайчики» в глаза, отражая внезапно выглянувшее солнце. Ослепив улыбкой, так же как и туфлями, он представился:
— Диего, управляющий этим балаганом, впрочем, Джонни меня знает, — скаля белые зубы, он дружески хлопнул Джонни по плечу. Последний еле устоял от столь дружественного приветствия.
— Уолтон послал к тебе, — потирая плечо, сообщил ему Джонни.
Диего, с интересом стрельнув глазами, соглашаясь, кивнул:
— Да судя по описаниям Стива, это она. Мое почтение, — он низко склонился в галантном поклоне.
Девушка улыбнулась:
— Меня зовут Светлана.
— Весьма рад знакомству. C минуты на минуту начнётся представление. Прошу прощения, но мне необходимо быть возле кулис, знаете, за всем нужно уследить. Будьте гостями, это огромная честь для нас. После представления, мы всё обсудим и обговорим. А сейчас прошу занять места в первом ряду!
— О! Я никогда не сидела в первых рядах! — обрадовалась девушка.
— Вот и отлично! — оживился Диего, распахивая двери для гостей. Он лично провёл под купол цирка, уже забитого до отказа зрителями. Усадил на свободные места в первом ряду. Ещё раз, извинившись, Диего поспешил за кулисы.
Спустя пять минут освещение погасло, и огни прожектора заплясали по арене. Девочка с восторгом смотрела на акробатов, воздушных гимнастов, с трудом понимая быструю речь клоунов, смеялась только над их выходками. Выход иллюзиониста, Светлана восприняла с большим равнодушием, нежели другие номера. Проделки Юма могли заткнуть за пояс любые фокусы, но у кота была мистика, а иллюзионист поражал зрителей ловкостью рук, и девочка не могла не признать в этом его мастерство.
Объявили выход наездников. Зрители с нетерпением смотрели на кулисы в ожидании холеных животных и их дрессировщика
Появились артисты изо всех сил тянущих за поводья упирающихся животных.
Показалась белоснежная голова коня с нервно прядущими ушами, стоило ему только кинуть взгляд на арену, как тут же он исчез за кулисами. Артист, не выпуская поводьев, рывком полетел вслед, скрывшись за портьерой.
Это вышло так комично, что зрители дружно рассмеялись восторженно аплодируя.
Больше никто не появлялся и оркестр, наигрывавший веселый марш в недоумении замолчал. В полной тишине до зрителей, наконец дошло, что тут что-то неладно. Из-за кулис нёсся приглушенный топот множества копыт. Храпели кони. Доносилась ругань и щелканье бича. Портьера шевелилась как живая. Наконец, разойдясь в стороны, пропустила взмыленного Диего. Влажные волосы прилипли к вискам, да и вид был несколько пыльный. Замученной улыбкой он поприветствовал публику, извинившись, объявил антракт.
Зрители оживились, некоторая часть покинув скамьи, устремилась на выход перекусить, остальные остались на своих местах.
Светлана озабоченно склонилась к Биллу и прошептала:
— Билл, боюсь, я сорвала представление Диего.
Билл изумлённо посмотрел на неё. Услышав, Джонни спросил:
— Почему ты так решила? Там просто технические неполадки.
— И всё-таки сдаётся мне, что это моя вина, — повторила девушка и с неохотой предложила: — Может нам покинуть цирк?
— Нет, — категорично заявил Джонни. — Посмотрим, что будет дальше.
— Потом не говорите, что я не предупреждала, — заметила Светлана. — Своему другу, Вы оказываете сомнительную услугу.
— Ничего, Диего наш человек. Если в действительности всё так, как ты говоришь, он получит ещё одно доказательство, — похлопав её по руке, успокоил Джонни.
Билл уже веривший во все чудеса, поёрзал на скамье устраиваясь удобнее, желая не пропустить ни одной мелочи в представлении и последствиях, о которых их предупредила девушка.
Служащие цирка засуетились. Из-за кулис стали выносить и устанавливать решётки, отделяя прочной стеной арену от зрителей. Прикатили железные тумбы и расставили их внутри ограды по периметру. Поставили стальные, изогнутые дугой лестницы и обручи на высоких подставках.
Прозвенел звонок созывающий публику внутрь шатра. Снова заиграла музыка. Помещение погрузилось в полумрак. Замелькали пятна прожекторов, и через железный коридор, тяжелой поступью прошествовал лев. Выйдя на арену, он, принюхиваясь, остановился. Следом за ним, стремительно выскочили тигры, огрызаясь между собой, разбежались по арене. Вышел дрессировщик. Решетка опустилась, отделяя коридор от ограды.
Щелкая бичом, дрессировщик попытался рассадить хищников по установленным вдоль ограды тумбам, но не тут-то было. Лев игнорируя человека, не сдвинулся с места, водя тяжёлой головой, он глазами кого-то выискивал среди публики. Тигры кругами метались по арене, грозно рыча, обнажали жёлтые клыки. Наконец, они нашли то, что искали. С взъерошенной шерстью и оскаленными пастями, тигры крадучись направились к решётке, не сводя горящих яростью и страхом глаз с сидящих в первом ряду людей.
Билл с религиозным экстазом переводил свой взгляд с замерших в безмолвном вызове тигров, на такую же замершую в оцепенении, под гипнотическим взглядом хищников Светлану.
— Вот это да! — сдавленным голосом пробормотал Джонни, чувствуя себя неуютно под массированным огнём глаз, как заинтересованных зрителей, так и хищников.
Возбуждение тигров нарастало, не в состоянии преодолеть железную ограду, они сцепились между собой. Полетели клочья шерсти, брызнула кровь. Рёв, исходивший из пяти глоток, звучал оглушающее и страшно.
Дрессировщик, выскочив с арены, дал сигнал помощникам, и тугая струя воды ударила по клубку рвущих друг друга тел.
Один за другим мокрые тигры поспешили скрыться в распахнутом проеме коридора. Лев, до этого стоявший в стороне и не проявляющий почти никаких эмоций остался один. Не обращая внимания на все усилия дрессировщика загнать его вслед за остальными хищниками в клетку, он застыл на арене. Мягко ступая, медленно приблизился к ограде. Прислонив морду к прутьям решетки, уставился на сидящую неподалеку от него девушку. Обнажил страшные клыки и глухо зарычал. Не выдержав, Светлана вскочила со скамьи и устремилась на выход. Её спутники с растерянным видом последовали за ней.
Лев не отрывая взгляда, проследил за ними, пока, они не скрылись за дверью. Огрызнувшись на подступившего к нему дрессировщика, величественно направился к железному коридору, прочь с арены.
Диего наблюдавший сцену с начала до конца, поспешил на выход, чтобы перехватить людей сорвавших представление.
— Джонни! — крикнул Диего уже в дверях. — Что ж ты, испортив представление, так быстро уходишь, даже не насладившись произведённым эффектом. Прошу в мой кабинет.
Заведя их в директорскую, Диего подняв трубку телефона внутренней связи, задал несколько вопросов, отдал распоряжения, улыбаясь, повернулся к гостям.
— Всё в порядке, — сообщил он, кладя трубку. — Всё уладилось и пошло своим ходом. Признаться, вы меня здорово напугали и поразили. Не объясните ли мне причину столь успешного срыва представления?
Спрашивая, Диего посмотрел на девушку.
— Причина в знаке, — показывая на руку, сообщила Светлана.
Восхищенно вздохнув, Диего с фанатичным блеском в глазах признался:
— До этого момента, я всё воспринимал как игру, интересную, но игру. А сейчас я получил доказательство, что существуют силы необъяснимые, не подвластные нам. И наоборот, мы подвластны им.
— И конечно, теперь ударитесь в религию, — с улыбкой закончила его речь Светлана. — Будете молиться Богу, — произнеся последние слова, девушка вздрогнула, тихо охнув от боли, накрыла правой рукой внезапно запылавшее клеймо. Она забыла о реакции, которая неизбежно последует при упоминании о Боге. Теперь ей приходилось расплачиваться за свою неосторожность.
Мужчины уставились на неё, недоумевая, что происходит. Билл аккуратно убрал её руку. Алые руны сияли ярким светом, обжигая кожу вокруг.
— Что, это? — прошептал Билл, пожирая глазами светящееся клеймо. Попробовал было прикоснуться пальцем, но тут же отдёрнул руку.
— Будто током прошибло.
Поделился он с остальными своими ощущениями. Свет, исходивший от рун, постепенно померк, обжигающее излучение прекратилось. Светлана, вздохнув, потёрла рукой знак, стирая неприятные ощущения. Кожа вокруг клейма покраснела и саднила. Но спустя какое-то время прошло и это, но когда именно, девушка затруднилась бы ответить, так как последующие события заставили начисто забыть об обожженной коже.
За дверьми послышались громкие голоса, истерические вопли, шум бегущих ног.
Диего нахмурился, не понимая, что происходит в цирке. Поднял трубку телефона, но тот безмолвствовал. Озадаченный директор вышел за дверь в надежде разобраться в происходящем. Через пару минут заскочил назад побледневший. Его глаза в поисках выхода метались по углам кабинета.
Рванув ворот рубашки, сдернув бабочку, будто она его душила, срывающимся голосом сообщил неприятное известие:
— Лев выбрался из клетки. Разорвал дрессировщика. Нам нужно выбираться отсюда.
Скользнув глазами по окну, забранному решёткой, Диего убедился, что тут только один выход через дверь. Но за ней уже доносилось утробное рычание хищника и шелест когтей по полу. Мягкая поступь явно приближалась к кабинету директора.
Мужчины молчали, мучительно пытаясь найти выход из сложившегося положения. Внезапно девушка приняла решение. Решительно встав с кресла, она направилась к выходу, сказав присутствующим:
— Он ищет меня. Только меня. Я это чувствую. Не надо лишних жертв. Я выйду к нему.
Билл рванулся было за ней, но Джонни ледяным тоном приказал ему:
— Билл, это её дело. Хозяин поможет, если она действительно от него.
— Но так нечестно, — возразил Билл, снова кидаясь к двери. — Неправильно уповать на его помощь. Мы должны защитить.
Джонни преградил ему дорогу.
— Ты всё ещё состоишь секте, — убийственно спокойным тоном сказал он. — Приказы Уолтона нужно выполнять. А что говорю я - считай, исходит от него самого.
Секундная битва глазами, и Билл отводя глаза в сторону, тяжело ступая, отошёл к окну. Вглядываясь в панораму за стеклом, он тем не менее, внимательно прислушивался к событиям, происходящим за стенами кабинета.
А там, девушка стояла неподалеку от остановившегося хищника, и как совсем недавно, они смотрели в глаза друг другу. Хвост нещадно хлестал льва по бокам, но он, не делая никаких движений, просто стоял и «ел» девушку глазами. Его пасть была окровавлена, лапы оставляли за собой кровавые следы. Несколько томительных секунд, показавшихся вечностью, и лев шагнув к Светлане, пригнув голову, грозно зарычал. Девушка по-прежнему не шевелилась, не зная, что ей предпринять. Лев ещё приблизился на шаг, прижался к полу, готовясь к прыжку. Светлана вынула стилет из ножен, всё ещё надеясь, что хищник утихомирится. Ей не хотелось использовать дар Дорна против этого царственного животного, но и быть разорванной, ей тоже не хотелось.
Лев сжался, подобрал под себя лапы, напряг тело. Автоматически, девушка немного согнула колени, готовясь к броску. Мгновение, лев взвился в воздух. Метнув стилет в летящего льва, она уклонившись в сторону, нырнула под его когтистые лапы. Лев в воздухе попытался извернуться, но девушка была уже вне досягаемости. Приземлившись, он ударом об пол загнал стилет в тело по рукоятку. Оглушающее взревев и содрогнувшись в судороге, затих. Оружие в ране не позволило ни капле крови упасть на землю. Более того, её края стали обугливаться. Испепеляющая язва начала продвижение по плоти.
Подойдя к мёртвому льву, Светлана выдернула стилет, прекратив распространение язвы пожирающей тело. Несмотря на поспешные действия, вокруг раны уже зияло выжженное пятно, и краешек кости желтел освобожденный от мяса, которое осыпалось пеплом на пол и шерсть животного.
Двери комнат выходящих в коридор стали открываться, и люди настороженно вглядывались в место сражения. Облегчённо вздыхали, увидев мёртвого льва. Переговариваясь, вышли в коридор. Вышел и директор с Биллом и Джонни. Билл присел на корточки возле льва, разглядывая смертельную рану. Перевёл потрясённый взгляд на Светлану. Ничего не говоря, долго смотрел, после обернувшись к Джонни восхищённо и с недоумением произнес:
— Как молнией прошило! Даже мясо обуглилось! — снова повернул голову к Светлане. — Похоже, в моих услугах, ты не очень-то нуждаешься, — вставая на ноги, добавил: — Жуткая мысль меня только что посетила.
— Какая? — полюбопытствовала Светлана. Она не могла себе представить, что Билл может чего-то бояться.
— Как я был близок к этому льву, похищая тебя. Что тебе стоило ударить меня своим оружием?
— Но я была без него, — возразила девушка. — Только сегодня оно ко мне вернулось.
— Кто знает… — неопределённо ответил Билл. — Какие ещё секреты ты в себе таишь.
Видимо кто-то вызвал скорую помощь, так как послышался звук сирены. Расталкивая толпу, в помещение ворвались люди с носилками. Перешагнув через мёртвого льва, они устремились дальше, по коридору, где истерично кричал женский голос. Кто-то из стоящих вокруг людей предложил:
— Нужно оттащить льва в сторону. Он будет мешать, выносить пострадавшего.
Многие с ним согласились, и, дюжина добровольцев, схватив хищника за лапы, отволокли его к стене. Вскоре показались врачи, возвращающихся с тяжелой ношей. Они катили носилки, на которых лежало нечто, когда-то бывшее живым человеком. Результат «работы» льва скрывала белоснежная материя, цвет которой вскоре сменился на алый. Кровь щедро пропитала её и редкие капли падали позади носилок, помечая пройденный путь.
Толстяк, идущий впереди носилок, проходя мимо девушки, поднял голову и подмигнул ей необычным глазом с вертикальным зрачком.
— Не задерживайся, — подтолкнул толстяка врач, следовавший позади него. Он деловито поправил очки с зеркальными стеклами, потянул носилки дальше. На секунду обернувшись, врач подняв большой палец вверх, кивнул Светлане, поспешил на выход.
Девушка была удивлена, опять Барон и Юм встретились на её пути. Какую игру они вели? Это было известно только им.
Джонни направился к дверям, Билл потянул за собой Светлану. Провожая, Диего огорченно сказал:
— После вашего посещения мне одна дорога под мост. Кто захочет посетить цирк, где хищники убивают своих дрессировщиков?
Утешая, Билл с усмешкой сказал:
— Люди любят зрелища, где кровь стынет в жилах от ужаса. Вот увидишь твой «балаган» ещё будет греметь. Зрители будут осаждать заведение, желая увидеть хищников-людоедов и вспомнив события, с трепетом ожидать повтора истории. С облегчением покидать цирк, радуясь, что идут на своих ногах, а не выкатываются на носилках накрытые с головой покрывалом.
Диего дружески хлопнул Билла по плечу.
— Надеюсь, что так и будет, — кивнул директор. Повернувшись к девушке, сказал: — Удачи, мы ещё увидимся сегодня.
— Когда? — удивилась Светлана.
— Сегодня ночью. Уолтон собирает членов секты в своём доме. Он со мной созванивался, когда вы были увлечены срывом представления.
Обменявшись рукопожатиями с Джонни и Биллом, Диего вернулся в цирк.

Уолтон выглядел очень озабоченным, когда встретил девушку в холле. Билл и Джонни исчезли, и хозяин дома отдал распоряжение Софи, проводить Светлану в её комнату.
В особняке царило оживление, все куда-то спешили, суетились, словно боялись, что им не хватит времени для приготовлений к какому-то событию. Софи почти неотлучно находилась при девушке, но и она была взвинчена и взволнована. Светлана терялась в догадках, похоже, она одна в доме была не в курсе дела.
До захода солнца Уолтон так и не переступил порога её комнаты. Софи исчезая время от времени, появлялась всё взволнованней и взволнованней. Казалось, члены секты на пороге грандиозных событий, которые вскоре изменят мир.
Солнце село за горизонт.
Софи унесла остатки ужина, столкнувшись в дверях с Уолтоном. Выглядел он торжественно и безукоризненно. Холеные пальчики с идеальным маникюром, перебирали чётки, перекидывая хризолитовые фигурки с одного места на другое.
Приглашающим жестом указал Светлане на кресло, сам сел в кресло напротив, давая понять, что предстоит продолжительная беседа.
Софи извинившись, внесла на подносе две рюмки и тихо исчезла, Уолтон протянул одну рюмку девушке. Тоном не терпящих никаких возражений, приказал ей выпить содержимое. Светлана, с опаской попробовав напиток, убедившись, что не алкоголь, решилась выпить.
Дождавшись, когда девушка отставит пустую посуду, Уолтон сцепив руки на колене, спросил:
— Ты знаешь, что наступает день Великих Событий?
— Догадываюсь, — согласилась девушка, с интересом ожидая, то он скажет дальше.
Уолтон продолжал:
— Книга Откровений предсказывала изменение мира. Время рождения Антихриста настало, и это будет шестого месяца, в шестой день и час будущего года. И посланец будет иметь знак - три шестерки.
— Но я этого знака не имею, — заметила Светлана.
Уолтон отпустив колено, поднял указательный палец вверх.
— Вот именно. Вот в чём проблема, — он снова сцепил руки. — Мы убедились, что ты не посланец. Но Хозяин, тем не менее, покровительствует тебе. Жрецы ночи разгадали эту загадку, и твоё появление очень вовремя.
Светлана, молча ждала его выводов. Уолтон торжествующе улыбнулся и, растягивая слова, медленно сказал:
— Антихриста дашь нам ты. Время пришло. Сегодня ночью, будет зарождена жизнь и посланец Сатаны явится к нам в положенный срок.
— Ничего не понимаю, — созналась Светлана. — Причём здесь я?
Уолтон встал с кресла, возвышаясь над Светланой, сообщил:
— Ты дашь начало Конца, жрецы вызовут демонов ночи и на жертвенном алтаре будет зачат сын дьявола, Антихрист.
— Бред какой-то, — схватилась за голову Светлана. — Зачем вам Антихрист? В вашем подчинении огромное количество людей. Секта хорошо поставлена на ноги. Почему бы вам, Уолтон, не заменить его?
Уолтон снисходительно улыбнулся, как ребёнку, который не понимает простых истин. Ласково ответил:
— Только через человека находящегося в Его власти полностью, Хозяин сможет повести наступление. В книге Откровений это предсказано, только сын Сатаны будет служить мостом для управления простыми смертными. Только Он и никто другой. — Уолтон протянул девушке руку, желая помочь ей встать.
Светлана, проигнорировав предложение помощи, осталась сидеть в кресле.
Не в силах поверить в то, что задумала секта, Светлана уточняя, спросила:
— Я не понимаю. Вы решили, чтобы я, — тут она нахмурилась, с изумлением посмотрев на Уолтона, закончила свою мысль в вопросительном тоне: — родила Антихриста?
— Вот именно, — склонил голову Уолтон.
Снова протягивая руку, сказал:
— Пойдём, жрецы ждут. Всё готово к взыванию сил тьмы. И если мы правы, они придут!
Беспомощно посмотрев на Уолтона, девушка умоляюще произнесла:
— Я совсем не желаю быть чей-то матерью.
— Но чьей-то, а Антихриста, — поправил её Уолтон, недовольный такой формулировкой. — Это великая честь.
Светлана решительно встала.
— Я отказываюсь от этой великой чести. Подыщите себе кого-нибудь другого, кто оценит ваши старания.
— Не мы тебя выбирали, — возразил Уолтон. — Поэтому, что должно свершиться - да сбудется!
— Дом умалишённых, — проворчала Светлана и попыталась отойти от надвигающегося на неё Уолтона.
Неожиданно она почувствовала, что голова кружится и ей трудно управлять своим телом. Но мозг по-прежнему функционировал нормально, и Светлана вполне трезво могла оценить ситуацию. Безуспешными оказались лишь попытки перемещаться. Вестибулярный аппарат стал ей отказывать. Уолтон, с улыбкой наблюдавший за ней, заметил:
— За те, несколько часов, что ты провела у нас, мы достаточно хорошо изучили тебя. Мы предвидели осложнения, и сделали так, что ты не сможешь противиться воле Хозяина, но разум твой останется чистым и ясным. Это великое событие - зарождение Антихриста, и восприятия не должны быть затуманены наркотиком.
— Так в рюмке был наркотик, — догадалась Светлана, цепляясь руками за спинку кресла. Пол для неё стал опасно шаток и неустойчив.
Соглашаясь, Уолтон кивнул:
— Да, это наркотик, но особенный. Наши учёные специально разработали его в своих лабораториях. Приносимые в жертву люди, должны всё осознавать, но не сопротивляться. Он пригодился и здесь. Как видишь, мой дом не сумасшедших, а хорошо схваченная организация, охватывающая массы людей и имеющая все научные достижения, чтобы использовать их в своих целях. Но мы заговорились. Пойдём, нас ждут, — улыбнулся. — И не отказывайся от моей руки. Она будет очень кстати. Ведь без моей помощи, ты не сделаешь ни шага.
— А, вы не думаете, что я буду сопротивляться и направлю оружие Хозяина против вас? — с иронией спросила его девушка.
Уолтон погладив холёными пальчиками свою аккуратную бородку, сверкнув в усмешке белыми зубами, ответил:
— Нет, не думаю. По пройденным тестам: ты не сможешь осознанно убить человека. Правда, последнее поставило нас в тупик, почему тогда Хозяин выбрал именно тебя? — Уолтон развёл руками. — Но такова воля Хозяина.
Вежливо взяв Светлану под руку, Уолтон вывел в коридор и дальше, вниз по лестнице в подвал. Спуск не занял много времени, подвал не был столь глубок как подземелье в римском дворце. Но и здесь царил полумрак. Просторное помещение освещалось пламенем из большого, выше человеческого роста, камином, и четырьмя массивными свечами, стоящими по углам жертвенного алтаря. Сам алтарь представлял собой гладко оттёсанный камень, в форме квадрата, примерно два на два метра, высотой от пола чуть больше полуметра.
Люди, одетые в плащи с накинутыми на голову капюшонами терялись в сумраке подвала.
Присутствующие обратили лица к вошедшим. Испуганная своей беспомощностью Светлана, тем не менее, успела заметить, что в подвале находится не меньше шестидесяти человек, прежде чем они склонили головы, и скрылись в тени.
Из общей массы отделились четыре силуэта и направились к Уолтону и опирающейся о его руку Светлане.
Отдав девушку жрецам, Уолтон подобно остальным отошёл в сторону, растворившись в полумраке. Пока Светлану вели к алтарю, она разглядела под опущенными капюшонами жрецов. Ими оказались две женщины и двое мужчин их лица были суровы и сосредоточены. У жертвенного алтаря они остановились. Прежде чем её привязали, девушка увидела нанесённый на его поверхность круг диаметром метра полтора, в нём пятиконечная звезда, вершинами касающаяся круга. Аккуратно уложив девушку на алтарь. Они привязали её так, что голова оказалась в одном луче звезды, а руки и ноги, соответственно заняли остальные четыре. Пылающий камин оказался за головой жертвы.
Двери подвала с глухим стуком закрылись, и тяжёлый засов лёг поперёк, отрезая помещение от внешнего мира. Не в силах пошевелись ни рукой, ни ногой, Светлана могла только, слушать и смотреть на то, что вершилось возле неё. О происходящем за головой она могла только догадываться. Приглушённое бормотание наполнило тишину подвала. Постепенно голос повышался, и Светлана могла уже уловить некоторые фразы, но как бы они не звучали, смысл оставался всё тот же: сатанисты вызывали духов ночи, тёмные силы и клялись им в своей верности и преданности. Общий хор голосов смолк, и только два голоса шептали в тишине, мужской и женский. Перейдя на крик, они звали и молили Сатану. Обещание сладкой жертвы звучало в их словах.
Девушка услышала шум возле очага, пронзительный детский плач заглушил на время голоса жрецов. Но, вот он замолчал, и снова заклинания переплелись в страшном узоре. Девушка с ужасом вникала в слова, а в них было всё: проклятия в адрес создателя, угрозы направленные на верующих и молящихся ему людей, и просьба обмена души приносимого в жертву ребёнка на зарождение в этом мире иного младенца. Ребёнка подвластному и принадлежащему Сатане с самого появления на свет.
Звонкий плач младенца опять зазвучал в подвале, ему вторили молитва всех присутствующих. Голоса повышались, их перекрыл дикий крик. Светлана никогда не смогла бы предположить, что человек может так кричать. Но ещё ужасней было то, что это визжал ребёнок от боли, которую невозможно вынести.
Привязанная к алтарю девушка на время оглохла от звеневшего в помещении крика боли и страдания. От жалости и ужаса у девушки остановилось дыхание, спазмы сжали горло, не давая воздуху проникнуть в легкие. Хлынули слёзы. Она зарыдала от своего бессилия помочь младенцу. Защитить от боли, которую она, казалось, ощутила на себе. Визг прекратился так же внезапно, как и начался. Девушка облегчённо вздохнула, решив, что жрецы перестали пытать ребенка и оставили его в покое. Но тут новый удар обрушился на неё. Зловещий, тошнотворный запах горелого мяса повис в воздухе, распространяясь по подвалу. Светлана оцепенела, не в силах даже плакать. Теперь ей стал ясен этот дикий визг младенца - его заживо сожгли в камине, что пылал за головой. Огонь с жадностью поглотил столь необычное и страшное топливо. Силы тьмы должны быть довольны полученной жертвой, ибо это было самое дорогое и драгоценное, что имело человечество и без чего оно переставало им быть.
Ещё какое-то время жрецы произносили заклинания.
Внезапно, лёгкое дуновение ветра пронеслось по помещению, гася свечи алтаря. Жрецы в низком поклоне отодвинулись от огня и присоединились к остальным, стоящим вдоль стены. Светлана не видела, что происходило дальше, только всеобщий вздох восторга и восхищения был ею услышан. Она не видела, как из пламени вышел демон.
Он был в чёрном, и его невозможно было бы отличить от человека, не излучай его глаза жёлтый свет. Казалось, пламя играет в его волосах, настолько рыжими они были.
Остановившись, демон медленно обвёл присутствующих взглядом, от которого сатанисты поддались назад, к стене. Как говорится: «чем чёрт не шутит», может демону мало одной жертвы, и он выберет среди них ещё одну?
Переведя взгляд на жертвенный алтарь, демон усмехнулся, блеснул клыками. Не торопясь двинулся к алтарю, припадая на ногу. Ножны с кинжалом, висевшие на боку, при каждом шаге отражали играющий в очаге огонь. Обойдя алтарь, демон остановился в ногах жертвы. С насмешкой воззрился на неё. Светлана в свою очередь уставилась на демона.
— Смотри-ка, кого мне предлагают! — по-русски с иронией, протянул демон и продолжил: — Кто же это? — отвечая самому себе: — Натурально, сбежавшая от нас девочка, — с иронией покачав головой, заметил: — Как тесен мир. Встретиться в Нью-Йорке, да ещё в такой интересной роли. Мне это нравится.
С укоризной девушка сказала:
— Амон, только не говорите, что не знали где я. Всё равно не поверю.
— Нет. Не скажу, — успокоил демон. — Я знал, где ты. Но такой резвости мышления секты не ожидал. Как тебе там?
— Плохо, — отрезала Светлана и попросила: — Развяжите меня.
Амон подошёл к алтарю, сел на камень, разглядывая распростёртую девушку. Освобождать её он не спешил. Перекинув через неё левую руку и облокотившись, заглянул в лицо.
— Зачем торопиться? — спросил он, продолжая опираться о левую руку тыльной стороной правой, провёл по лицу девушки.
Светлана резко повела головой, уклоняясь от прикосновения. Демон мгновенно отреагировал, ухватив за подбородок, заставил повернуть лицо в его сторону, взглянуть в глаза.
— Чего это «мы» так агрессивны? — поинтересовался он.
Девушка судорожно вздохнула, сдерживая слезы, тихо прошептала:
— Зачем вам нужен сожженный заживо ребёнок?
Амон неопределённо повёл рукой:
— Это не моё решение. А переубеждать, что это «нехорошо» я не буду. Такие жертвоприношения показывают, как люди почитают силы тьмы. Но добровольная сдача своей души гораздо лучше.
— Убийца, — с презрением проворчала девушка отворачиваясь.
Стальные пальцы демона снова заставили посмотреть ему в глаза. Блеснув клыками, он согласился:
— Да, я убийца. Обычно так звучит хорошо проделанная работа. Но сегодня меня вызвали не убивать, а, похоже, наоборот, зарождать жизнь. Интересное дело для дьявола, не правда ли? — Амон насмешливо хмыкнул.
Девушка язвительно заметила:
— Вы всегда отвечаете на вызов? Как только крикнут, вы тут как тут.
Амон зло сверкнул глазами. Его рука угрожающе спустилась на её горло.
— Я не мальчик по вызову, — с угрозой произнёс он. — Я не явлюсь людям, просто потому, что они сожгли кого-то. Пусть спалят хоть весь город! Я приду только когда мне понадобиться, — усмехнувшись и проведя пальцем по лицу девушки, заметил: — Вызов меня заинтересовал. Почему бы, не прийти и не сделать то, что они от меня ждут?
Амон замолчал. Облокотившись о левую руку, другой рукой стал наматывать на палец прядь её светлых волос.
Светлана молчала, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Слова Уолтона, переплетаясь с откровением демона, составили вполне ясную картину происходящего.
Утомлённые долгим ожиданием жрецы, зашептались между собой. Их удивляла задержка. Почему демон не спешит выполнить то, для чего его вызвали, а теряет время на разговоры? Члены секты переговариваясь, шаг за шагом стали приближаться к алтарю.
Оживление заметил и дьявол. Продолжая сидеть на алтаре, Амон выпрямился и «ожёг» взглядом подступающую толпу. Не отрывая глаз от людей в чёрных плащах, сказал, обращаясь к Светлане:
— Похоже, они хотят занять места в первом ряду. А может показать, как это делается? Ничего, сейчас слишком любопытных отодвинем в партер.
Амон небрежно махнул рукой, описывая окружность. Вспыхнул огонь, отделяя стеной алтарь от толпы. Они отпрянули назад. Кольцо огня увеличивалось, пока не заставило людей прижаться к стене подвала. Только когда они сбились в плотную кучу, огонь остановился, но разгорелся сильнее. Теперь жрецы могли с трудом разглядеть, что делается на освобождённой площадке, где в центре стоял каменный алтарь.
Демон по-прежнему сидел на нём, и для удобства, даже закинул на него ногу.
— Теперь, когда нам никто не мешает, мы можем уделить время и себе, — сказал Амон, поворачиваясь к девушке.
— Может, всё-таки развяжете? — спросила она его.
— Нет. Конечно, нет, — криво усмехнулся демон.
Светлана вздрогнула.
— Вы что, собираетесь делать им этого Антихриста?
— Тоже - нет, — продолжая усмехаться, ответил Амон. — Для этого есть другие инстанции. Это не моё дело. Но, черт с ним! Почему бы нам не оправдать надежды этих несчастных, — Амон ожидая ответа, склонился к Светлане.
— А вы можете? — с сомнением протянула она. — Всё-таки вы не человек.
— Всего-то, — рассмеялся дьявол. — От этого я только выигрываю, — положив руку девушке на грудь и опуская её на живот, наклонившись ещё ниже, прошептал на ухо: — Могу гарантировать: ты останешься довольной.
Чувствуя горячее дыхание на шее, и охватывающее томление, девушка повернув голову в сторону, с отчаянием оказала:
— Что я вам плохого сделала? Почему мучаете меня?
— Мучаю? — удивлённо повторил дьявол. И с иронией заметил: — девочка моя, любая женщина в мире согласилась бы. Тем более, я не потребую ничего. Тебе будет хорошо, — наклонился к шее, согревая дыханием, шепнул: — Очень хорошо. Соглашайся.
Мягким движением провёл рукой по бедрам, другой рукой зарылся в её светлые волосы, легонько поцеловав в плечо, тихо повторил:
— Соглашайся.
Девушка молчала. Почувствовав, что её тело оцепенело, демон резко выпрямился, сверкнул глазами:
— Хочешь, — спросил он, — я спалю их всех? Может, из-за них ты молчишь, как говорится: — тут он усмехнулся, — испытываешь чувство неловкости?
— Зачем вам моё согласие? — пробормотала Светлана. Как видите, я привязана, и под наркотиком. В чём проблема?
— В принципе не в чём, — пожал плечами демон. — Считай, что это моя прихоть. Я хочу услышать от тебя слово «да».
— Сомневаюсь, что вы его услышите, — отворачиваясь, ответила девушка.
— Ты ещё маленькая, — рассмеялся Амон. — Ты не знаешь, что значит быть с мужчиной. Боишься неизвестности.
— Можно подумать, что вы влюбились, — с сарказмом сказала Светлана.
Амон с презрением фыркнул:
— Влюбился! — и снова наклоняясь к девушке, тихо прошептал: — Но, я могу показать эту «любовь», поверь мне, тебе понравится.
— Не думаю, — с сомнением ответила Светлана.
— Даже сейчас не уверена? — спросил Амон, целуя шею и легонько покусывая мочку уха. — И сейчас? — прикоснувшись к губам, — шепнул он.
Чувствуя, что тело предательски млеет и слабеет от ласк, когда она разумом против всего происходящего, девушка молчала. Амон, проведя рукой по талии и ещё раз пригладив волосы, вдруг отстранился.
— Увлёкся, — сознался он с улыбкой. — А тут ещё дела.
Обнажив кинжал, Амон обрезал веревки привязывающие Светлану к алтарю. Помогая ей сесть, заметил:
— Впереди вечность. Подождём, когда дел будет поменьше, или не такие срочные. Ого! Я вижу, тебя здорово загрузили наркотиками! — развеселился демон, видя как девушка попытавшись приподняться, снова свалилась на камень. — Что ж, пока побудь здесь. После и с тобой разберёмся.
Амон отошёл от алтаря и движением руки унял бьющий из ниоткуда огонь. В подвале снова воцарился полумрак. Демон приблизился к камину. Склонился в лёгком поклоне, кого-то ожидая. Наблюдавшая за ним Светлана поняла, что сейчас придёт сам Хозяин Ночи, ни перед кем другим Амон не склонит головы.
В пламени материализовалась фигура в чёрных одеждах. Чёрный плащ с алым подбоем вздымался и опадал от рвущейся вверх, энергии огня. Языки пламени струились по клинку шпаги, поднимаясь к эфесу, закручивались в затейливые узоры. Его глаза светились ровным, жёлтым светом.
Властелин ночи величественно ступил на каменный пол подвала.
Амон, приблизившись к Дорну, встал немного позади него.
Свет, в глазах Сатаны медленно померк. Подняв руку и поманив ладонью, низким голосом, Сатана приказал:
— Уолтон, подойди ко мне.
Фигура юноши, отделившись от общей массы, дрожа, ступила на освещённый огнём круг. Упав на колени, пригнув голову к сложенным на полу рукам, он замер в ожидании, пробормотав срывающимся голосом:
— Хозяин, повелевай! Я полностью в вашем распоряжении!
— Самодеятельностью занимаешься? — прищурив глаз, спросил Дорн. Возвышаясь над коленопреклоненным Уолтоном, заметил: — Что-то своё изобретаете?
— Хозяин! — Уолтон поднял голову и с фанатическим блеском глаз, «пожирал» своего бога. — Прости, мы хотели быстрее увидеть вас Владыкой мира!
— Встань, — приказал Дорн.
Уолтон поспешно вскочил на ноги.
— Я доволен вами, — милостиво кивнул Дорн. — На примере этой девочки, — он повёл рукой в сторону Светланы, что лежала на алтаре не в силах подняться с него. — Я убедился, в вашей преданности. Теперь я спокойно доверю вам своего посланца. Амон, — Дорн обернулся к стоящему позади него дьяволу, — можешь идти.
— Сир! — с почтением склонился Амон и направился к алтарю. Поднимая девочку на руки, с иронией сказал:
— Как бы тебе это не нравилось, но придется ещё немного побыть в моих объятиях. Перемещаться иным способом, сейчас ты не в состоянии.
Неся её к горящему камину, тряхнув головой, Амон весело произнес:
— Шустрый парень, этот Билл, увести из-под самого носа! Техасский рейнджер, нечего сказать!
— Вы злы на него? — спросила Светлана, не сводя глаз с приближающегося к ней пламени.
— Нет. Шустрые ребята мне нравятся, — сказал Амон, подходя к огню, и явно собираясь в него шагнуть. Девочка в страхе прижалась к нему. — Не бойся, — улыбнулся дьявол, входя в камин.
Дорн, проводив взглядом исчезающую в огне пару, повернулся к замершему в почтительном ожидании, Уолтону.
— Теперь, запомни всё, что я скажу, — приказал ему Дорн. — Следуй моим приказам, и Антихрист придёт в этот мир.

Светлана открыла глаза. Огонь куда-то исчез, а они оказались совсем в другом помещении. Тут же, в комнате, на диванчике возле телевизора, уютно устроились Катерина и Валентин. Катерина радостно захлопала в ладоши при виде Амона и Светланы. Дьявол аккуратно опустил девочку на ковер и уселся в кресло. Светлана приподнявшись, села облокотившись спиной о кресло занятое Амоном. Последний с интересом проследив за её перемещением, не удержался от комментария:
— Катя, обрати внимание: человек напичканный наркотиками по самые уши.
— О, так нас посетил наркоман! — пронзительный вопль восторга издал невесть откуда взявшийся Юм. Приблизившись к Светлане с любопытством разглядывая её, спросил: — Чёртиков, бесов, демонов - видим? Посещают кошмарные видения?
— Да, есть навязчивое видение, — согласилась девочка, — В образе вопящего кота. Тут есть от чего ужаснуться.
— Скажешь тоже, — обиделся Юм. — Я не вопящий, а ликующий!
— О чём же ты сейчас ликовал? — выключая телевизор, спросила кота Катерина.
Важно пройдясь по комнате, Юм заявил:
— Как же! Убийца хищных зверей в наших рядах. Разве не повод для ликования?
— Светлана, ты за последние сутки успела в Нью-Йорке найти хищника, да ещё и убить его? — вскинул брови Валентин. Катерина молча, уставилась на девочку. — Довольно неординарные действия человека, попавшего в незнакомый город, — заметил Валентин, справившись с удивлением.
— Где нашла зверя? — полюбопытствовала Катерина.
За Светлану ответил Юм:
— В цирке, где же ещё. Вы бы видели, как она подсекла прыжок! Чувствуется класс. Впрочем, у меня вышло бы лучше.
— Не сомневаюсь, — съязвила Катерина. — Ты у нас во всём показываешь класс.
— Да, я клас-с-сный кот! — вскинул голову Юм.
— Со знаком качества, — продолжая язвить, сказала Катерина.
— Даже штрих-код есть, — уточнил кот.
— Где? — этим заинтересовался даже Валентин.
— Да под хвостом! — донёсся до них разбитной голос Барона.
Перейдя комнату, он быстро схватил Юма за хвост, поднял в воздух. Развернул, чтобы все увидели белые полоски, разной толщины с цифрами. Как ни странно штрих-код оказался именно там, где и предсказал Барон. Извернувшись, Юм вцепился когтями в руку, держащую его хвост. Пальцы разжались, кот брякнулся на ковёр.
— Опять твои шуточки, — проворчал кот, вылизывая шерсть.
Барон, весело поблескивая зеркальными очками, развёл руками:
— Друг мой, тебя уличили бы во лжи. Представив доказательство, мы спасли твою репутацию.
— Да, но, не унижая меня, — буркнул кот, закончив вылизываться и разваливаясь на диванчике, возле Катерины. — Мог бы и другое место подыскать для кодов!
Барон снова развёл руками, посмеиваясь, заметил:
— Где ты видел, на лицевой стороне штрих-код? Он всегда где-то сзади, на менее приметной стороне. Как правило, — добавил он в заключение.
— Я исключение из всяких правил, — подытожил Юм.
— Да, ладно Юм, — рассмеялась Катерина. — Пусть лучше Светлана расскажет, где наркотики раздобыла.
— Наши друзья побеспокоились, — с неохотой ответила девушка.
— Чтобы не смущалась, а чувствовала себя свободно и непринуждённо, — завершил её ответ Амон. Он слегка наклонился к сидящей на полу девушке, по-видимому, ожидая от неё возражений или согласия.
Светлана промолчала, сделав вид, что не заметила скользнувшей в словах Амона иронии. Действие наркотика постепенно проходило, и девушка почувствовала себя более уверено. Проявляя интерес к окружающей обстановке спросила:
— Где мы находимся? В Нью-Йорке?
— Нет, он довольно далеко от нас, — ответила Катерина. — Мы в особняке на окраине небольшого городка.
— Как долго тут будем?
Катерина пожала плечами. 3а неё ответил Барон:
— Достаточно долго.
Светлана попыталась встать и облегчённо вздохнула, убедившись, что голова перестала кружиться и ноги, стали послушными и достаточно устойчиво держали. Катерина, покинув диванчик, подошла к ней. Взяла под руку.
— Пойдём, покажу тебе особняк.


Позвав пса, Светлана быстро спустилась по изогнутой дугой лестнице на первый этаж. Его почти полностью занимал огромный зал. Лишь несколько дверей по бокам вели в кладовые и подвал. Особняк был двухэтажный, с мансардой, но её никто не посещал и не занимал. Она венчала жилой комплекс пустотой и заброшенностью. Второй этаж с многочисленными комнатами был самым оживлённым участком в доме. Отсюда и слетел молнией вслед за девушкой, угольно-чёрный пёс. Жители близстоящего городка поначалу шарахались от этого «чудовища». Но день за днём, встречая его рядом с прогуливающейся девушкой, они привыкли видеть в нём неизменного спутника и защитника, тем более что пёс был в наморднике и на поводке.
Распахнув створки дверей, Светлана вышла на улицу. По бокам лестницы, что начиналась от входных дверей, сидели высеченные из мрамора львы. Спустившись по ступенькам, девушка ступила на землю, рядом приплясывая, перебирал лапами пёс. Потрепав его за загривок, направилась к проходящей в сотне метрах от дома, дороге. Её нельзя было назвать оживлённой трассой, но транспорт ходил и довольно часто.
Выйдя на обочину, Светлана медленно двинулась вдоль дороги, направляясь к городу. Что-то похожее на лес отделяло их усадьбу от домов, которые, сливаясь с окраиной города, становились его частью.
Пёс постоянно исчезал в кустарнике, вынюхивая и выискивая, а то и вовсе терялся между деревьев, появляясь лишь, когда его позовут. И на этот раз он куда-то запропастился, девушка же шла по трассе погруженная в свои мысли, не беспокоясь его отсутствием.
Вот уже несколько недель прошло с тех пор, как они обосновались в этом районе. Катерина и Валентин на четвертой день пребывания сказали всем «адью», и уехали, как они выразились: путешествовать автостопом. Приглашали с собой и девушку, но она отказалась, решив, что третий лишний в столь премилой компании. В особняке стало совсем тихо и лишь под вечер, вся компания собиралась возле камина в одной из комнат, облюбовав её из всех остальных.
Убийство льва произвело впечатление на Амона, и он освободил девочку от каждодневных тренировок, дескать, действуй на своё усмотрение. Действуя на своё усмотрение, Светлана каждый день выходила из дома с псом, последний с восторгом воспринимал такие прогулки. Иногда они просто гуляли по лесу выдумывая для себя забавы, а иногда выходили в город, как и сейчас.
Светлана остановилась, ожидая пса нырнувшего в кусты. Через несколько секунд он вылез, чихая и отряхиваясь. Бросив взгляд на ожидавшую девушку, снова погрузился в кусты. Зарывшись в него мордой, упираясь лапами, принялся что-то усиленно вытягивать. Рыча и дёргая, он, наконец, вытащил корягу с руку толщиной и длиной с полметра. Светлана с интересом смотрела, что же он будет делать. Схватив корягу зубами, пёс огромными прыжками направился к ней. Хитро поблескивая алыми глазами, собака концам дубины ткнула в руки девушки. Догадавшись, что тот от неё хочет, Светлана, взяв из пасти палку, метнула её в рощу. Забуксовав на месте, пёс рванул за ней. Через несколько минут он появился, порядком запыхавшийся, но дубинка была при нём. Продолжая идти к городу, Светлана снова бросила палку, и снова пес с восторгом метнулся за ней.
Когда же показались первые дома, девушка, несмотря на возмущение пса, надела намордник и поводок. Собака и так страшна и нечего было пугать людей его клыками. Немного поворчав, пёс покорно пошёл рядом, приминая траву лапами величиной с человеческую ладонь.
В этой стороне города девушку уже знали. Неизменная чёрная одежда и чёрная собака делали её приметной.
Двое копавшиеся на приусадебном участке подошли к изгороди, чтобы поздороваться с ней.
— Доброе утро, Света! — махнула рукой женщина, искажая её имя почти до неузнаваемости. — Заходи, посмотришь какие изумительные цветы удалось вырастить в этом году.
— Да, да, — согласился с ней мужчина, — Заходи, посидим за чашечкой кофе. Кстати, ты не в курсе, что ночью в городе произошло?
— Нет, а что случилось? — заинтересовалась девушка, подходя к ним поближе.
— Какие-то хулиганы церковь подожгли, — негодующе всплеснула руками женщина. — Когда пожарные приехали, от неё уже ничего не осталось. Вероятно, облили бензином, прежде чем поджечь.
— Обошлось без жертв? — забеспокоилась Светлана.
— Слава Богу! Никто не пострадал. Но теперь нам придется ходить в другую, я так привыкла к нашей, — пожаловалась женщина. — Ты видела её? Какая была замечательная, и священник был хороший.
— Ничего, соберём пожертвования, отстроим новую, — успокаивая жену, сказал муж. Посмотрев на смирно лежащего у ног девушки пса, сказал: — Как не посмотрю на это животное, сразу любопытства разбирает, чем оно питается? Конечно, не моё дело, но не людоед ли он? — последнюю реплику мужчина проговорил полушутя.
Светлана, улыбнувшись в ответ, пожала плечами:
— Честно? Не знаю. Не я его кормлю, так что вполне возможно питается он и человечиной.
Мужчина громко рассмеялся, оценивая чувство юмора.
— Может зайдешь? Мы больше не будем пытаться накормить собачку.
— Нет. Спасибо. Я пройдусь немного.
Женщина улыбнулась:
— Тогда на обратном пути заглядывай.
Ничего не ответив, Светлана помахав рукой, потянула собаку за поводок. Неделю назад у этой семьи пропал ребёнок, и только тонкий нюх пса, помог отыскать его в глубокой яме. Правда, потом Светлане пришлось выслушать выговор Амона, и тихие насмешки Юма, а пёс в тот день остался голодным. Но это были мелочи. Сейчас их сын находился в больнице с переломом ноги и сотрясением мозга, но явно шел на поправку. А упоминание мужчины о собаке, было просто воспоминанием о первой и последней попытке накормить пса в знак благодарности. Тогда отец ребёнка отделался испугом и прокушенным запястьем. Он с пониманием отнёсся к такой дрессировке, и после этого заговаривал со Светланой, лишь через ограду или убедившись, что на собаке прочный намордник. Какими бы они не были приветливыми, Светлана сторонилась их дома. Недовольство Амона могло далеко пойти. Возможно, сожженная церковь работа её знакомых, но может и дело рук людей, не всё же списывать на дьявола. Люди тоже не ангелы!
Светлана свернула на дорогу, ведущую к колледжу. Невдалеке от него была расчищенная площадка, вокруг которой как на стадионе, стояли трибуны для зрителей, высотой в одиннадцать ступенек, ступеньки же служили скамьями для сидения. Некоторые скамьи были заняты. Человек тридцать с увлечением наблюдали за игрой, происходящей на этом поле. Свободных мест оставалось предостаточно, и девушка присоединилась к зрителям, сев на нижнюю скамью и посадив у ног пса.
Шла игра с непонятными ей правилами. Игроки были в защитных шлемах, а широкие наплечники придавали им фигуру Геркулеса. Мяч был вытянутым, как дыня, и за него всё время сражались в прямом смысле слова.
Стоял грохот